Свобода и необходимость

Введение

     Человеческая  жизнь очень неопределенна и  выступает как очень сложный психологический процесс. Но чтобы понять её нам приходиться очень углубленно изучать себя и искать истину.

     В своей работе я попытаюсь раскрыть два понятия «свобода» и «необходимость». Внешне кажется, что эти понятия  разные. Но на самом деле они взаимодополняют  друг друга.

     Начнем, пожалуй, с самого основного, и в конечном итоге сделаем выводы.  
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

1. Свобода

     Человечество  всегда высоко ценило свободу. Она всегда была высшей ценностью.  Ценнее ее была только жизнь. Все восстания рабов  и крестьян проходили  под лозунгом борьбы за свободу. Этот лозунг во все  времена выражал чаяния народа, и  в нем по существу всегда было одно и то же:  "свобода слова", "свобода деятельности", "свобода  вероисповедания", "свобода труда" и тому подобное. Сегодня с оглядкой на историю можно сказать,  что  этот выбор делался не случайно. Всякий раз он был подсказан разумом  и чувствами.

     Этой  теме посвятили свои труды многие классики  философии такие,  как  Спиноза, Гегель, Бердяев и другие. Если обратиться к энциклопедии,  то там можно найти ссылки на добротные  философские работы.  Однако создается  такое впечатление, что научное  содержание понятия свободы в  нашем обществе не было воспринято и не было востребовано.  Фактически оно осталось без применения в  наших социологических исследованиях. Автором настоящего очерка ставится скромная  задача  - рассмотреть  в краткой форме отношение  к нему Маркса и его последователей, а также современных философов. 

     Категория свободы является одной из центральных  в  социологии.  К сожалению, марксисты  уделили ей непростительно мало внимания.  Они предпочли "обходить ее стороной".  У Маркса фактически ничего нет о  свободе,  кроме  отдельных высказываний.  Он избегает этой темы,  и понятие "свободный труд" у него явно не имеет определения.  Свобода  рассматривается им абстрактно без  учета конкретных исторических условий. Примечательно,  что исследователи  этой  темы  смогли  представить  лишь несколько цитат из работ  Маркса и Ленина.  Поистине безгранична "скромность" классиков марксизма. Причины такого отношения  весьма  очевидны.  Эта  категория не зависит  от классовой структуры общества,  поскольку свобода  дорога  абсолютно  для всех,  для  представителей  всех  классов и сословий.  Поэтому марксисты обычно ограничивались лишь  общими  рассуждениями  о ней.  Нежелательным  было  также  обсуждение  главного лозунга Французской революции XVIII века:  "Свобода, равенство, братство",  поскольку  он был лозунгом нарождающейся буржуазии. К сожалению, в марксизме очень мало уделено внимания понятиям свободы и равенства. Лозунг Французской революции едва лишь упомянут.

     Понятие свободы относительно легко проецируется на реальные  жизненные  условия.  В связи с этим естественно  возникает рефлексия в виде вопроса:  свободны ли мы, и как мы свободны в нашем реальном обществе? Данная рефлексия в СССР фактически была запрещена.  Мы не могли анализировать  состояние нашей свободы.  Более  того, начиная с Маркса, никто  об этом не рассуждал применительно  к социализму или коммунизму. Нас  только убеждали в том, что мы свободны так, как никто другой, ни в одном  другом государстве.  Но так ли это  было? Для "последовательных марксистов" эта тема была весьма "скользкой".

     Есть  основания полагать,  что в  настоящее  время  еще  не сложилось  однозначное отношение к категории  свободы, точнее говоря, к ее классической диалектической трактовке. Даже Н. Бердяев  не смог увидеть в этой диалектике сущности явления[1].

     Итак, что  же  такое свобода?  В  первом приближении - это возможность  осуществлять те или иные  поступки  или  действия, проявлять  настойчивость  или волю в соответствие со своими интересами и потребностями без  сколь-нибудь существенных ограничений.  Люди не вольны в выборе  объективных  условий,  однако  они могут  обладать свободой в выборе целей  и средств, а также в выборе отношения к другим людям. Как  правило, всегда существует множество  ограничений, от  которых  непосредственно  зависит эта возможность.  Причем,  ощущение свободы - не известно. Но, напротив, ощущение несвободы дает о себе знать  всякий раз,  когда нас сдерживают ограничения. Диалектика этих явлений  с исчерпывающей полнотой разработана  в  трудах Гегеля.  В краткой форме ее можно выразить в виде следующей широко известной формулы:  свобода - суть осознанная  необходимость.  В  соответствие своему диалектическому методу он определил свободу как отрицание необходимости, и рассмотрел  единство этих сторон как целое. Материалистическое уточнение  этой  формулы  состоит  в  замене  термина "осознанная" термином "познанная", что весьма существенно.

     Вообще  определения Гегеля полны динамики и  представляют  собой описания логики движения вокруг конкретного  противоречия. Каждый момент такого движения - это только необходимый  момент  и только часть целого. Всякое такое  определение имеет форму развития ("развертывания").  В соответствие  данному  подходу свободой  может  обладать только то,  что имеет  активное начало или волю.  Универсальным  субъектом такого рода  является  дух. Употребление  этого термина  часто служит поводом для обвинения  Гегеля в идеализме.  Часто это  бывает справедливо. Но вместе с этим  нельзя  не  видеть,  что понятие  духа представляет собой весьма емкую  абстракцию, опираясь на которую, Гегель смог дать много  определений,  которые  хорошо согласуются с действительностью.  В частности это позволяет  сказать очень многое о духе человеческом и о самом человеке.

     Сущность  определения  свободы по Гегелю состоит  в следующем:  дух как носитель активного начала или воли познает (в широком смысле) необходимость  и  в этом акте обретает свободу (свободу  от этой необходимости).  То есть,  процесс познания необходимости,  преодоление ее есть освобождение, снятие этой необходимости. Существенными  здесь являются два момента:  несвобода  и свобода. Данная последовательность имеет неслучайную ориентацию -  первое  переходит  во второе.   Преодоление начинается с осознания, а завершается  познанием в  широком смысле. Эти моменты,  чередуясь,  образуют бесконечную  последовательность элементов социального  прогресса.     

     Один  из аспектов бытия духа как "осуществленного  понятия" определяется следующей  диалектикой.  Дух всегда свободен, поскольку "  ...  в этом полнейшем  противоречии с самим собой дух  все еще остается тождественным  с собой и потому свободным"[3]. То есть дух в “противоречии с  самим собой” и тождественен, и  не тождественен себе. Именно в этом, в частности, состоит противоречие. Эти два момента всегда имеют  место. Противоречивость и определяет собой движение, и является ограничением. Поэтому момент тождественности  является и моментом свободы.

     "Действительная  свобода  не есть поэтому  нечто непосредственно сущее  в духе,  но нечто такое,  что еще  только  должно быть  порождено его деятельностью"[4].

     То  есть, свобода не столько некая  наличность или положенность,  сколько  протяженное во времени "порождение",  переход. Сущность явления исчерпывается  этим движением,  его содержанием.  "Как самой себе дающая содержание, воля есть у себя, свободная вообще"[5].

     "Свобода  духа,  однако, не есть только  независимость от другого, приобретенная  вне этого другого, но свобода,  достигнутая в этом другом, - она  осуществляется не в бегстве  от этого другого, но посредством  преодоления его"[7].

     Эта независимость возникает как  результат активности  духа, как  результат проявления его воли, воления. Человек бывает свободным в своем  сознании (или духе), если не испытывает сомнения или угрызений совести.

     Таким образом,  в наиболее широком плане  свобода - это не собственно свобода  как чистое воление или произвол, но диалектическое единство свободы  и необходимости.  Это единство абсолютно, поскольку всегда то и  другое имеют место и первое ограничено вторым в любой момент и в любых  условиях.  Это единство прогрессивно развивается, поскольку развивается  каждая из этих сторон. По этой причине свобода всегда относительна,  и в этом состоит второй момент абсолютного. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

2. Необходимость и случайность

     Необходимость и случайность, соотносительные  философские категории, выражающие типы связи, которые определяются существенными  и привходящими факторами.

     Необходимость — вещь, явление в их всеобщей закономерной связи; отражение преимущественно внутренних, устойчивых, повторяющихся, всеобщих отношений действительности, основных направлений её развития: выражение такой ступени движения познания в глубь объекта, когда вскрываются его сущность, закон; способ превращения возможности в действительность, при котором в определенном объекте при данных условиях имеется только одна возможность, превращающаяся в действительность.

     Случайность — отражение в основном внешних, несущественных, неустойчивых, единичных связей действительности; выражение начального пункта познания объекта; результат перекрещивания независимых причинных процессов, событий; форма проявления необходимости и дополнение к ней.

     Выражая определенные связи и отношения  объективной действительности, необходимость и случайность суть онтологические категории. В качестве ступеней познания они являются гносеологическими категориями. Будучи формами знания, в которых осуществляется процесс отражения объективного мира, они выступают в роли логических категорий. Характеризуя способ движения мышления от менее глубокого к более глубокому знанию, они выполняют методологическую функцию. Необходимость часто "образуется" из массы случайностей, прокладывая себе дорогу через них, и имеет своё основание в существующих связях вещей, закономерно подготовлена предшествующим ходом развития. Необходимые явления при наличии соответствующих условий развиваются в определенном порядке, происходят именно так, а не по-другому. Случайность же в основном вытекает из внешнего для данного явления основания, в силу чего она может совершиться так или как-то по-другому.

     В зависимости от причин возникновения, форм проявления, структуры и характера  действия, а также роли для практики и развития науки необходимость может быть подразделена на такие основные виды: внутренняя необходимость, вызванная к жизни природой самих явлений и процессов объективного мира; внешняя необходимость, порождаемая привходящими обстоятельствами; необходимость более общего, фундаментального порядка, действие которой распространяется на сравнительно широкий круг явлений действительности; необходимость менее общего порядка, действие которой охватывает сравнительно узкий круг явлений; сложная необходимость, определяющая поведение совокупности объектов, которая выражается статистическими закономерностями; простая необходимость, определяющая поведение индивидуальных объектов, которая выражается динамическими закономерностями; необходимость, управляющая явлениями действительности, которая может одновременно выражаться как статистическими, так и динамическими закономерностями.

     Случайность также подразделяется на ряд видов: внутренняя случайность, органически связанная с данной необходимостью; внешняя случайность, выступающая как нечто постороннее по отношению к данной необходимости и вызываемая преимущественно побочными факторами; объективная случайность, которая вызывается влиянием различных объективных условий; субъективная случайность, порождаемая субъективизмом, волюнтаризмом, нарушением объективно действующих законов; благоприятные или неблагоприятные случайность, соответственно ускоряющие или тормозящие развитие тех или иных сторон действительности.

Проблема Н. и с. разрабатывалась в философии  начиная с древности. При этом существовало несколько линий в трактовке этих категорий. Отрицание случайности (Демокрит, Б. Спиноза, П. Гольбах) неизбежно приводило к фатализму. Некоторые философы-идеалисты утверждали, что Н. порождается, привносится сознанием (Д. Юм, неопозитивизм), или, признавая Н. в природе, отвергали Н. в общественной жизни (неокантианство и др.). Метафизические материалисты и некоторые естествоиспытатели (К. Вольф, Ж. Ламарк) не видели связи между Н. и с. и доводили их различие до абсолютной противоположности. Г. Гегель показал несостоятельность разрыва Н. и с., разработав диалектическую концепцию их взаимосвязи. 

3. Ф. Энгельс  подверг критике метафизическую позицию, согласно которой наука  изучает только необходимые связи, а также противоположную точку  зрения механического детерминизма, вообще отрицавшую случайность и  объявлявшую абсолютно все явления  необходимыми; в результате этого  необходимость низводилась до уровня случайности (см. К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., 2 изд., т. 20, с. 532—36). Классики марксистской философии показали, что в объективной действительности Н. и с. не бывают в чистом виде (см. К. Маркс, там же, 2 изд., т. 23, с. 171: В. И. Ленин, Полное собрание соч., 5 изд., т. 26, с. 241—42), что "... случайность — это только один полюс взаимозависимости, другой полюс которой называется необходимостью" (Энгельс Ф., см. Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., 2 изд., т. 21, с. 174), что при определённых условиях эти категории тождественны, то есть случайное необходимо, а необходимое точно так же случайно (см. Ф. Энгельс, там же, т. 20, с. 532—33), что в природе и обществе, где на поверхности происходит игра случая, там сама эта случайность всегда оказывается подчинённой внутренним, скрытым законам (см. там же, т. 21, с. 174—75; т. 20, с. 361). В реальной действительности всякое явление в одно и то же время, но в разных отношениях, и случайно и необходимо, "содержит" необходимые и случайные моменты в их взаимопроникновении. Так, появление именно данной выдающейся личности в определенной стране и в определенное время является С. Но если эта личность становится во главе движения и в своей деятельности начинает активно выражать его интересы, она необходима. Возникновение отдельной мутации — это Н., результат определенного физико-химического процесса. В то же время по отношению к организму и популяции она выступает как случайное явление.
5. Диалектическая взаимосвязь между Н. и с. по-разному проявляется на различных структурных уровнях материи, в природе и обществе. В природе действуют лишь слепые, бессознательные силы, во взаимодействии которых и проявляются её законы, Н. В неживой природе Н. по существу имеет однозначное действие. При переходе от неживой к живой природе несколько расширяется поле проявления С. В объектах живой природы присутствует большее количество взаимодействующих закономерностей, что влияет на соотношение Н. и с. Здесь Н. в большей мере, чем в неживой природе, переплетается с С. В то же время совершенствование организмов в ходе развития органических систем свидетельствует о всё более возрастающем торжестве необходимости над случайностью.
7. В обществе действуют люди, одарённые сознанием, поступающие обдуманно или под влиянием страсти, стремящиеся к определенным целям. Но в классово-антагонистическом обществе результаты деятельности людей зачастую оказываются противоположными их желаниям и целям, что связано с существованием частной собственности на средства производства и антагонизмом интересов, анархией общественного развития. Н. действует здесь главным образом в виде стихийной силы и обнаруживает себя лишь как конечный результат исторических действий людей, прокладывающей себе дорогу сквозь бесконечное множество С.