Фет и Тютчев: лирика

Одно из самых замечательных  явлений русской поэзии — стихи Тютчева о пленительной русской природе. Природа в его стихах всегда одухотворена, мыслит, чувствует, говорит:

Не то, что мните вы, природа —

 Не слепок, не бездумный  лик.

В ней есть душа, в ней  есть свобода,

 В ней есть любовь, в ней есть язык.

«Душу», жизнь природы  поэт стремится понять и запечатлеть  во всех её проявлениях. С удивительной художественной наблюдательностью  и любовью, очеловечивая жизнь природы, Тютчев создал незабываемые поэтические  картины «осени первоначальной», весенней грозы, летнего вечера, ночного моря, утра в горах. Прекрасным образцом такого глубокого, проникновенного изображения  мира природы может явиться описание летней бури.

Вторая тема лирики Фета — природа. «Стремясь от людей утаиться», он уходит в мир природы, стремится слиться с нею: «Меж теми звёздами и мною какая-то связь родилась».«Природы тайный соглядатай», он обладает острым поэтическим  зрением  и  слухом:   видит,  как  летящий  «против   бури»   ворон  «крылами машет тяжело», как «в росинке, чуть заметной», отражается солнце, слышит крики перепелов, треск коростелей, «порывистые трели» соловья.  Он умел очеловечить природу, находить в ней отзвук своим настроениям и чузствам, тонко ощущал прелесть русской природы, любил красоту родного пейзажа.

» Сын севера, люблю я  шум лесной

» И зелени растительную сырость…—

» писал он в стихотворении  «Италия».

Бесспорным достоинством большинства стихотворений Фета, тонкого лирика в поэзии, является их певучесть и музыкальность. Эту  особенность его творчества отметил  великий русский композитор П. И. Чайковский. «Можно сказать,— писал  он,— что Фет в лучшие свои минуты выходит из пределов, указанных  поэзии, и смело делает шаг в  нашу область. Это не просто поэт, скорее, поэт-музыкант». Бегство от современной  действительности нашло отражение  в ряде стихотворений Фета, посвященных  древней Греции и Риму. Защитники  «искусства для искусства» пытались представить Фета преемником Пушкина. На самом же деле между вольнолюбивой  поэзией друга декабристов Пушкина, чей «неподкупный голос» «был эхом русского народа», и оторванной от жизни  поэзией Фета — непроходимая пропасть.

 

2222

Лирика природы стала  величайшим художественным достижением  Фета и Тютчева. Их пейзажные картины  напоены запахами, звуками, переливами лунного и солнечного света. Природа  оживает в стихах замечательных  поэтов. Весенние ручьи "бегут и  будят сонный брег", "дремлют  розы, не зная снегов", "робко месяц  смотрит в очи" и "как мечты  почиющей природы, волнистые проходят облака".

Тютчевские "пейзажи в стихах" неотделимы от человека, его душевного состояния, чувства, настроения:

Мотылька полет незримый

Слышен в воздухе ночном...

Час тоски невыразимой!..

Все во мне, и я во всем!..

Образ природы помогает выявить  и выразить сложную, противоречивую духовную жизнь человека, обреченного  вечно стремиться к слиянию с  природой и никогда не достигать  его, ибо оно влечет за собой гибель, "растворение в изначальном  хаосе". Таким образом, тема природы  органически связывается у Ф. Тютчева с философским осмыслением жизни.

33333

Тютчев, достиг в пейзажной  лирике блистательных художественных высот, став признанным певцом природы. Здесь проявились его удивительная острота зрения, любовное, трепетное  внимание к мельчайшим подробностям родных пейзажей, их своеобразное, индивидуальное восприятие.

А. К. Толстой очень тонко  уловил неповторимое фетовское качество — способность передать природные ощущения в их органическом единстве, когда "запах переходит в цвет перламутра, в сияние светляка, а лунный свет или луч утренней зари переливаются в звук". Чувство природы у Фета универсально, ибо он обладает богатейшими возможностями поэтического "слуха" и "зрения". Примеры такого полифонического восприятия природы можно встретить в таких его стихотворениях, как "Первая борозда", "У камина", "Над озером лебедь...", "Что за вечер!" и многих других. Пейзажная лирика Фета, как и у Тютчева, неотделима от человеческой личности, его мечтаний, стремлений и порывов. Характерно в этом плане его стихотворение "Ласточки":

Вот понеслась и зачертила  —

И страшно, чтобы гладь  стекла

Стихией чуждой не схватила

Молниевидного крыла.

И снова то же дерзновенье

И та же темная струя, —

Не таково ли вдохновенье

И человеческого я?

Свободный полет птицы  вызывает у лирического героя  невольную ассоциацию с дерзновенностью, мятежностью человеческого духа, стремящегося прорваться в неведомое, познать непознаваемое, ценой жизни соприкоснуться с высшей тайной бытия. Эту способность касаться неизведанного Фет считал уделом поэта, "избранного певца". Вся его поэзия — это взлет, рывок, попытка заглянуть в иной мир. Неудивительно, что, сравнивая себя с ласточкой, он говорит, что его высшая цель — "стихии чуждой запредельной... хоть каплю зачерпнуть". Подобную мысль Фет выразил и в своем поэтическом кредо: "Кто не в состоянии броситься с седьмого этажа вниз головой с непоколебимой верой в то, что он воспарит по воздуху, тот не лирик".

А. А. Фет остро чувствует  красоту и гармонию природы в  ее мимолетности и изменчивости. В  его пейзажной лирике много мельчайших подробностей реальной жизни природы, которым соответствуют разнообразнейшие проявления душевных переживаний лирического  героя. Например, в стихотворении "Еще  майская ночь" прелесть весенней ночи порождает в герое состояние  взволнованности, ожидания, томления, непроизвольности выражения чувств:

Какая ночь! Все звезды до единой

Тепло и кротко в душу смотрят  вновь,

И в воздухе за песней соловьиной

Разносится тревога и  любовь.

В каждой строфе этого стихотворения  диалектически сочетаются два противоположных  понятия, которые находятся в  состоянии вечной борьбы, вызывая  каждый раз новое настроение. Так, в начале стихотворения холодный север, "царство льдов" не только противопоставляется теплой весне, но и порождает ее. А затем вновь возникают два полюса: на одном тепло и кротость, а на другом — "тревога и любовь", то есть состояние беспокойства, ожидания, смутных предчувствий.

Еще более сложная ассоциативная  контрастность явлений природы  и человеческого ее восприятия отразилась в стихотворении "Ярким солнцем  в лесу полыхает костер". Здесь  нарисована реальная, зримая картина, в которой яркие краски предельно  контрастны: красный полыхающий огонь  и черный уголь. Но, помимо этого  бросающегося в глаза контраста, в стихотворении есть и другой, более сложный. Темной ночью пейзаж ярок и красочен:

Ярким солнцем в лесу пламенеет  костер,

И, сжимаясь, трещит можжевельник,

Точно пьяных гигантов столпившийся хор,

Раскрасневшись, шатается ельник.

А день, который должен нести  свет и радость, у Фета холоден  и скучен; его тусклые краски однообразны  и непривлекательны:

И лениво и скупо мерцающий  день

Ничего не укажет в тумане;

У холодной золы изогнувшийся пень

Прочернеет один на поляне.

То есть именно ночь у Фета — пора поэтического вдохновения, она  будит воображение и полет  фантазии. И реалистический пейзаж вдруг теряет свои очертания, превращаясь  в космический символ огня Жизни, противостоящий холодной, бесстрастной Смерти.

Пожалуй, самым фетовским стихотворением, отображающим его творческую индивидуальность, является "Шепот, робкое дыханье..." Оно поразило современников поэта и до сих пор продолжает восхищать и очаровывать новые поколения читателей своей психологической насыщенностью при максимальном лаконизме выразительных средств. В нем полностью отсутствует событийность, усиленная безглагольным перечислением чересчур личных впечатлений. Однако каждое выражение здесь стало картиной; при отсутствии действия налицо внутреннее движение. И заключается оно в смысловом композиционном развитии лирической темы. Сначала это первые неброские детали ночного мира:

Шепот, робкое дыханье,

Трели соловья,

Серебро и колыханье

Сонного ручья...

Затем в поле зрения поэта  попадают более дальние крупные  детали, более обобщенные и неопределенные, туманные и расплывчатые:

Свет ночной, ночные тени,

Тени без конца,

Ряд волшебных изменений

Милого лица.

 

В заключительных строчках и  конкретные, и обобщенные образы природы  сливаются, образуя огромное целое  — небо, охваченное зарей. И внутреннее состояние человека тоже входит в  эту объемную картину мира как  органическая его часть:

В дымных тучках пурпур розы,

Отблеск янтаря,

И лобзания, и слезы,

И заря, заря!..

То есть здесь налицо эволюция человеческого и природного планов, хотя полностью отсутствует аналитический  элемент, лишь фиксация ощущений поэта. Нет конкретного портрета героини, только смутные, неуловимые приметы  ее облика в субъективном восприятии автора. Таким образом, движение, динамика неуловимого, прихотливое чувства  передает сложный мир личности, вызывая  ощущение органического слияния  жизни природной и человеческой.

Переходим к работе над  заключением. Дав развернутую характеристику лирики двух выдающихся поэтов середины XIX века, закономерно сделать вывод  о значении их творчества, преемственности  с пушкинской традицией и экспериментаторским  поиском поэзии "серебряного века". Тютчев и Фет стали предтечей символизма, обогатив сокровищницу русской литературы новыми изобразительными средствами: образностью, сжатостью и выразительностью стиля, способностью запечатлеть тонкую и сложную жизнь души в ее сокровенной глубине; цельностью и полнотой поэтической "концепции" бытия. Таким образом, поэты "чистого искусства" дополнили актуальные для данного исторического периода проблемы темами вечными, общечеловеческими, создав многообразную, насыщенную, глубокую, объективную картину мира.