Социологическая концепция В.И.Ленина

       Так в чем же актуальность марксизма-ленинизма  – «предельно» сорганизованного воззрения на общество, включая его  современный срез? Характеризуя учение К. Маркса (1818-1883), В.И. Ленин свидетельствовал: оно обнаруживает основные, определяющие его настрой, тенденции общественного  развития. Преобразовываясь законами, последние подталкивают к синтезу  культуру как систему тысячелетиями  коллективно наработанных традиций и цивилизацию, преимущественно  оперирующую уже упомянутой индивидуализацией  социума. С приходом НТР усиливающееся  «омассовление личности» оказывается  «поставленным на поток», оттесняя «культурный коллективизм». Марксизм предлагает единственно верную перспективу: чтоб трудящимся не отвлекаться на подстерегающие их «исторические тупики» (а ведь «достижение» НТР в виде «искусственной природы» – один из них), важно поэтапно – сменой формаций (самая перспективная из коих - коммунистическая, поскольку она в наибольшей степени открыта становлению подлинной человечности: ведь ею озарено «начало человеческой истории» - исходное претворение общечеловечности - синтезировать культуру и цивилизацию. Собственно, пролетарская революция, которая «невозмутимо прошлась» «отдельно взятой страной» – обнадеживающий «Столп утверждения истины» не только для народов бывшей России, но и – смеем думать – для трудящихся всех континентов.

2. Ленинский прорыв в мировую историю

       Анализируя  российскую действительность, прежде всего ее «производственный задел», В.И. Ленин отстаивает жизненно назревшую  установку о конструктивной роли экономически отсталых стран в наиболее приемлемом разрешении предельно широких  «культуро-цивилизационных задач». В этом ошеломляющая новизна «Апрельских  тезисов» (1917), выстлавшая эмоционально-волевым  прожектором Великого Октября путь миллионам «горячих сердец», повсеместно  – российской глубинкой - жаждущих социальных перемен. Однако свершить переворот  и двигать его перспективой общенародную революцию – вещи разные. В.И. Ленин  «конструирует» стратегию поиска заслуживающего доверия варианта общественного  развития для такой многоукладной  страны как Россия. Главное здесь  – заинтересовать человека труда  «внекапитализированной производственностью». Конечно, можно опереться на энтузиазм, но хватит ли его? Создаваемые в 20-е  гг. ХХ в. трудармии стали всесторонне-мощным полигоном «возделывания» юной социалистической нации – основной народнохозяйственно-производительной силы. Ленинская национальная политика споспешествовала тому, что часть  народонаселения ударным трудом (который – надо признать – был  беззаветным и одновременно тяжким; его «рецидивом» предстал обусловленный  жесточайшими обстоятельствами «архипелаг ГУЛАГ») крепила складывающуюся социалистическую нацию, обустроившую многочисленными  отечественными субэтносами (т. е. другой частью рассматриваемого народонаселения) великий советский народ. Этому вполне соответствовал государственный размах большевиков, завершившийся созданием Союза Советских Социалистических Республик (1922). К сожалению, для многих труд не стал общественно закрепляемой естественной потребностью, а раз так - ее мало-помалу девальвировал капитал (как более «продвинутый» на определенном этапе общественного развития результат «трудообустройства» социума), заполняющий вакуум «трудового самоотчуждения» строителей нового мира. Дело – полагаем – в том, что «привычка к труду благородная» (Н.А. Некрасов) «взлелеивается столетиями». У православных россиян она притормаживалась «действенным служением богу», создаваемым преодолением «казуса двоеверия», или раскола, начало которому положила церковная реформа (1653-1667) патриарха Никона. Отсюда – в отличие от протестантских стран – труд у нас почитали, если только он оказывался «богоугодным». Труд же в его «человеческой обертке» (т. е. в посюстороннем, а не в «божественном раскладе») «зарезервировал» нагрянувший на Россию реформой 1861 г. капитализм. На «перепаде» «трудовых качелей» застала страну Революция. Но В.И. Ленину «трудоразнобой» не вселил уныния. Уяснив всю значимость цивилизации, Вождь предложил Республике Советов план ее обустройства размахом ГОЭЛРО (сокр. от Государственная комиссия по электрификации России). Величайшая новация здесь заключалась в том, что, опираясь на его внедрение, достигался эффект приобщения сложившихся традиций (т.е. того, что составляет содержание культуры) к тому цивилизаторскому порыву (обретшему себя сталинскими пятилетками), благодаря чему всенародно взращиваемый социализм синтезировал великую народную культуру и молодую – национально выпестованную - цивилизацию. 
 
 
 

       Заключение.

       История человечества не знает другого примера, чтобы великий гений, вождь миллионных масс трудящихся, зачинатель новой  эры в жизни человечества, был  в то же время простым, милым, доступным  и близким человеком. Эта особая черта в образе великого человека особенно дорога всем, кому на долю выпало счастье непосредственного, личного  общения с ним. Он был для нас  не только великим революционером и  борцом, мудрым руководителем созданных  им могучей партии большевиков и  первого в мире пролетарского  государства, но и самым родным и  близким нам товарищем и другом. Эта особенность в характере  Ильича порождала горячее сыновнее чувство любви к нему, и его  имя для нас было не только лозунгом борьбы за раскрепощение человечества от всяческого гнета, но и примером того, каким должен быть человек  в его повседневных отношениях к  порученному ему делу и к окружающим его людям.

       Обаяние личности Владимира Ильича не поддается  никакому описанию: бледны наши слова  и убог наш язык, чтобы изобразить его в соответствии с действительностью. Каждый, кто имел с ним хотя бы самое маленькое, мимолетное соприкосновение, уносил с собою самое светлое  воспоминание о нем, как о родном, близком человеке. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

       Список  использованной литературы.

1. Валентинов Н. Малознакомый Ленин. — Париж: ИМКА-Пресс, 1974.
2. Ленин В. И. Полное собрание сочинений. — 5-е изд. — М.: Издательство политической литературы, 1958—1965. — Т. 41.
3. Сахаров В. А. Политическое завещание Ленина. Реальность истории и мифы политики. М.: Изд-во МГУ, 2003.
4. Шагинян М. С. Семья Ульяновых: Очерки. Статьи. воспоминания. — М., 1959. —683с.
5. Штейн М. Г. Ульяновы и Ленины. Тайны родословной и псевдонима. — СПб., 1997.