Внешняя политика СССР в условиях начавшейся Второй мировой войны (1939- 1941годы)

Глава 2. Международные отношения 1940-1941 годы.

1. Заключение  хозяйственного соглашения между СССР и Германией.

    11 февраля 1940 года между СССР  и Германией было заключено  хозяйственное соглашение, предусматривавшее вывоз из Советского Союза в Германию сырья, компенсируемого поставками в СССР промышленных изделий. За 16 месяцев, вплоть до нападения Германии, Союз поставил Рейху сельскохозяйственной продукции, нефти и минерального сырья на общую сумму около 1 млрд. немецких марок. Подобная помощь, оказываемая в условиях объявленной Великобританией  Германии экономической блокады,  имела для последней первостепенное значение. Несмотря на то, что ответные поставки всячески срывались и задерживались, СССР безукоризненно выполнял все условия договора, а советская пресса и пропаганда весь 1940 год продолжала представлять Германию как "великую миролюбивую державу". По мнению историков, причины такого поведения  Союза кроются в полной для него неожиданности молниеносных побед Германии, одержанных ею в 1940 году. Для СССР, рассчитывавшего на длительную войну на западе, столь быстрая капитуляция европейских держав, демонстрировавшая огромную мощь вермахта, была шоком; в то же время эти победы освобождали значительный контингент немецких войск, который отныне мог быть использован в других местах. Все это заставляло руководство СССР идти на любые меры, которые могли помочь избежать агрессии против него самого.

2. Взаимоотношения СССР и Швеции в 1940 году.

    В этих условиях  СССР пытается препятствовать распространению германской экспансии в Европе и лишить ее возможных союзников.

    В апреле 1940 года в связи с фашистской агрессией против Дании и Норвегии над Швецией нависла угроза прямого  нападения со стороны германских войск, вышедших к ее границам на важнейших стратегических направлениях. Советское правительство приняло меры к защите национальной независимости Швеции. 13 апреля 1940 г. оно заявило германскому послу Шуленбургу, что СССР "определенно заинтересовано в сохранении нейтралитета Швеции" и "выражает пожелание, чтобы шведский нейтралитет не был нарушен", что в Берлине было воспринято как серьезное предупреждение. 16 апреля Шуленбург передал ответ своего правительства, в котором говорилось, что военные операции на севере Европы не будут распространены на Швецию, и Германия будет, безусловно, уважать ее нейтралитет, если Швеция не окажет помощи западным державам. Шведский министр иностранных дел Гюнтер в беседе с советским послом А. М. Коллонтай "взволнованно благодарил" Советский Союз, и заверил, что Швеция будет хранить нейтралитет. 9 мая 1940 г. премьер-министр Швеции также выразил "глубочайшую благодарность" советскому правительству, добавив, что "дружба с Советским Союзом является основной опорой Швеции". Советское выступление в защиту Швеции спасло ее от оккупации германскими войсками в момент их вторжения в другие скандинавские страны. 27 октября 1940 г. правительство СССР поручило вновь заверить шведское правительство, что "безусловное признание и уважение полной независимости Швеции представляет неизменную позицию Советского правительства".  

3. Аннексия  Бессарабии и Прибалтики Советским  Союзом.

    Однако  все эти меры в конечном итоге  ни к чему не привели, и уже в  августе – сентябре 1940 года произошло  первое ухудшение советско-германских отношений,

      связанное с присоединением к СССР Бессарабии и Прибалтийских государств. Понимая, что после побед в Европе Германия может утратить стратегический интерес к дружбе с Советским Союзом и развернуть свои войска на восток, СССР стремится как можно скорее выполнить все условия секретного протокола и таким образом отодвинуть границу как можно дальше на запад.

    Летом 1940 года Советский Союз осуществляет окончательный захват Прибалтики. Латвия, Литва и Эстония были обвинены в нарушении договоров о "взаимопомощи", подготовке нападения на размещенные на их территории части Красной Армии и в создании антисоветского военно-политического союза "Балтийская Антанта". СССР потребовал отставки их правительств и формирования новых, способных, как говорилось в заявлениях, "обеспечить честное проведение в жизнь" пактов о взаимопомощи, а также допуска на территорию трех стран дополнительных частей Красной Армии. На ответ Литовскому правительству было дано десять часов ночного, а эстонскому и латвийскому - десять часов дневного времени. Одновременно дипломатическим представителям трех стран было заявлено, что в формировании новых правительств примут участие советские представители. Молотов предупредил, что в случае отказа выполнить эти требования правительством СССР будут приняты соответствующие меры, и в этих условиях прибалтийским государствам ничего не оставалось, кроме как принять советский ультиматум. Старые правительства ушли в отставку, в Латвию, Литву и Эстонию были введены значительные силы Красной Армии, в несколько раз превышающие по численности национальные армии этих государств. Для формирования новых правительств и последующего руководства их деятельностью в Литву прибыл заместитель наркома иностранных дел В. Деканозов, в Латвию – заместитель председателя Совнаркома А. Вышинский, в Эстонию - секретарь ЦК ВКП (б) А. Жданов. После создания этих "народных правительств" были проведены "выборы" в сеймы Латвии и Литвы и в Государственный совет Эстонии, в которых участвовали лишь кандидаты, выдвинутые компартиями и проверенные НКВД. Избранные таким образом парламенты в июле обратились с просьбой о принятии этих стран в состав СССР, и в начале августа эта просьба была удовлетворена. Были сформированы три новые социалистические республики.

Через несколько дней после вступления Красной Армии в Прибалтику советское правительство направило ультиматум Румынии, потребовав немедленного "возвращения" Советскому Союзу Бессарабии, прежде входившей в состав Российской империи и упомянутой в секретном протоколе Пакта о ненападении. Кроме того, оно потребовало также передать СССР Северную Буковину, никогда не входившую в состав царской России и не упомянутую в протоколе. Румыния, не имевшая в тот момент поддержки со стороны Германии, была вынуждена подчиниться. В начале июля 1940 г. Буковина и часть Бессарабии были включены в состав УССР; остальная часть Бессарабии была присоединена к Молдавской ССР, образованной 2 августа 1940г.

4. Ухудшение советско-германских отношений. СССР и  Югославия.

    Однако  спустя некоторое время после  аннексии Прибалтики и Румынии Союзом Германия, прежде хранившая молчание, предоставила внешнеполитические гарантии Румынии, подписала с ней серию экономических соглашений и направила туда очень значительную военную миссию для подготовки румынской армии к войне против СССР. В сентябре немецкие войска были также направлены в Финляндию. Германия также выступила арбитром в урегулировании спора между Румынией и Венгрией по поводу Трансильвании, и после удовлетворения своих претензий Венгрия присоединилась к фашистской коалиции.

    Пытаясь воздействовать на   венгров, правительство СССР решило торжественно передать им знамена революции 1848-1849 гг., хранившиеся в советских музеях, напоминая таким образом о многолетней истории национально-освободительной борьбы Венгрии против немецкой экспансии.

    Стремясь  противостоять распространению  германского влияния на юге Европы, СССР направил свои усилия на возрождение  панславизма и активизацию политических и экономических отношений с  Югославией. Еще в мае 1940 г. был  подписан советско-югославский договор о торговле и мореплавании, а 25 июня того же года установлены дипломатические отношения. 5 апреля 1941 года, за три часа до нападения Германии на Югославию, в Москве был подписан советско-югославский договор о дружбе и ненападении. 
 
 

5. Советско-германские переговоры осенью – зимой 1940-1941 года. СССР и Болгария.

    Несмотря  на вызванное изменением ситуации на Балканах частичное охлаждение отношений  между СССР и Германией, осенью Рейх предпринял еще несколько попыток, призванных улучшить советско-германские отношения. Вскоре после подписания 27 сентября 1940 года Тройственного пакта между Германией, Италией и Японией Риббентроп обратился к Сталину с предложением направить в Берлин Молотова, чтобы Гитлер мог лично изложить ему свои взгляды на отношения между двумя странами и на "долгосрочную политику четырех великих держав" по разграничению сфер их интересов в более широком масштабе.

       Во время состоявшегося 12 –14 ноября визита Молотова в Берлин были проведены очень насыщенные переговоры, которые, однако, не привели к присоединению СССР к Тройственному пакту. В ходе этих переговоров советское правительство заявило, что экспансия Германии в Румынии, Болгарии и других балканских странах представляет серьезную угрозу интересам безопасности СССР. Германские руководители в ответ на это предложили СССР "договориться о размежевании сфер влияния", требуя, чтобы Советский Союз признал Европу и Африку зоной владычества Германии и Италии, а Восточную Азию - зоной владычества Японии, ограничив свою международную политику только районом "к югу от государственной территории Советского Союза в направлении Индийского океана". Со своей стороны германское правительство соглашалось признать территориальную неприкосновенность Советского Союза; однако правительство СССР отвергло предложение. Одновременно Советский Союз дважды предложил болгарскому правительству подписать договор о дружбе и взаимной помощи, однако они остались без ответа. Во время встречи Гитлера с болгарским царем, проходившей в дни переговоров, последний заявил: "Не забывайте, что там, на Балканах, вы имеете верного приятеля, не оставляйте его". Дипломатические представители США и Англии в Софии также рекомендовали правительству Болгарии отклонить Советские предложения.

    25 ноября советское правительство  вручило немецкому послу Шуленбургу меморандум, излагавший условия вхождения СССР в Тройственный союз:

• территории, расположенные южнее Батуми и Баку и южнее по направлению к Персидскому заливу, должны рассматриваться как сфера советских интересов;
• немецкие войска должны быть выведены из Финляндии;
• Болгария, подписав с СССР договор о взаимопомощи, переходит под его протекторат;
• на турецкой территории в зоне проливов размещается советская военная база;
• Япония отказывается от своих притязаний на остров Сахалин.

    Этот  меморандум был использован Германией  для воздействия на те страны, чьи  интересы были в нем затронуты, и  прежде всего на Болгарию, которая  в марте примкнула к пакту  трех держав. 3 марта 1941 года правительство  СССР заявило Болгарии, что  не может  разделить ее мнения о правильности занятой ею позиции в данном вопросе, так как "эта позиция, независимо от желания болгарского правительства, ведет не к укреплению мира, а к расширению сферы войны и к втягиванию в нее Болгарии".

    Требования  же Советского Союза относительно вступления в Тройственный союз остались без ответа. По поручению Гитлера генштаб вермахта еще с конца июля 1940 года разработку плана войны против СССР, а в конце августа началась переброска войсковых соединений на восток. 5 декабря Гитлером было принято окончательное решение начать войну с Советским Союзом, подтвержденное 18 декабря "Директивой 21", которая назначала начало осуществления "плана Барбаросса" на 15 мая 1941 года.

    17 января 1941 г. правительство СССР  вновь обратилось к Германии через ее посла в Москве, заявляя, что Советский Союз считает территории в восточной части Балкан зоной своей безопасности и не может остаться безучастным к событиям в этом районе. Сказанное распространялось и на Финляндию. Советско-германские отношения еще более ухудшились после вторжения Германии в Югославию 5 апреля 1941 года, через несколько часов после подписания советско-югославского договора о дружбе. СССР никак не отреагировал на эту агрессию, равно как и на нападение на Грецию. Эти военные действия заставили Гитлера 30 апреля перенести дату нападения на СССР на 22 июня 1941 года.  

6. Улучшение отношений с Турцией.

    Непосредственно перед нападением войск Рейха  Советскому Союзу удалось, используя  противоречия между Германией, Турцией  и Японией, добиться нейтралитета двух последних стран в надвигающейся войне.  

    В марте 1941 г. германо-турецкие противоречия едва не привели к вооруженному конфликту  между этими двумя государствами. Германский посол в Мадриде Хассель  записал в своем дневнике 2 марта 1941 г., что Риббентроп настаивал на прямом нападении на Турцию. Зная о намерении Германии, Советское правительство сделало заявление, в котором говорилось, что если Турция подвергнется нападению, она может рассчитывать на полное понимание и нейтралитет СССР. В ответ на это турецкое правительство заявило, что "в случае, если бы СССР оказался в подобной ситуации, он мог бы рассчитывать на полное понимание и нейтралитет Турции". Этот обмен заявлениями имел серьезное политическое значение: им фактически подтверждался договор о нейтралитете, что, как известно, Советское правительство предлагало сделать еще в сентябре 1939 г., и подчеркивалась его ценность в создавшейся международной обстановке. Эти заявления заставили Германию отказаться от задуманных шагов в отношении Турции. Хотя турецкое правительство систематически нарушало нейтралитет, все же этот обмен заявлениями и значительное потепление отношений между двумя странами имело большое значение, как для СССР, так и для Турции.