Конституция Франции 1791 года

Автор работы: Пользователь скрыл имя, 20 Марта 2011 в 16:04, реферат

Краткое описание

Популярность конституционной идеи во Франции обнаружилась в 1788 г. при выборах депутатов в Генеральные Штаты. Во многих наказах (cahiers) депутатам предписывалось заняться выработкой конституции. Представители третьего сословия были единодушны в своем стремлении дать конституцию Франции, и потому, как только Генеральные Штаты реорганизовались в Национальное собрание, первым делом его было объявить, что его задача — выработать конституцию. Выработка эта затянулась на довольно продолжительное время, и конституция была утверждена только 3 сентября 1791 г. Это была первая конституция Франции и вообще первая конституция на континенте Европы.

Содержание работы

Введение 3
1. Декларация прав человека и гражданина 1789 г. 4
2. Конституция 1791 г. 8
3. Государственный строй Франции по Конституции 1791 г. 12
Заключение 14
Список источников и литературы

Содержимое работы - 1 файл

КР ИГПЗС.docx

— 43.11 Кб (Скачать файл)
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
План
Введение 3
1. Декларация прав человека и гражданина 1789 г. 4
2. Конституция 1791 г. 8
3. Государственный  строй Франции по Конституции  1791 г. 12
Заключение 14
Список  источников и литературы 16
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

                        Введение 

     Популярность  конституционной идеи во Франции  обнаружилась в 1788 г. при выборах  депутатов в Генеральные Штаты. Во многих наказах (cahiers) депутатам предписывалось заняться выработкой конституции. Представители третьего сословия были единодушны в своем стремлении дать конституцию Франции, и потому, как только Генеральные Штаты реорганизовались в Национальное собрание, первым делом его было объявить, что его задача — выработать конституцию. Выработка эта затянулась на довольно продолжительное время, и конституция была утверждена только 3 сентября 1791 г. Это была первая конституция Франции и вообще первая конституция на континенте Европы. В ней впервые в точных определениях закона были выставлены те положения относительно организации и деятельности государства, которые до того образованные люди Европы черпали только из философских сочинений вождей мысли. Поэтому конституция 1791 г. оказала громадное влияние и послужила образцом для целого ряда конституций. Долго она считалась образцовой конституцией, и в ней видели идеал. Во всех государствах, в которых непосредственно после того был начат процесс разработки конституции, основные черты государственного устройства были заимствованы из этой конституции. Таковы были конституции республик Батавской и Гельветической; такова же и монархическая конституция Испании, выработанная кортесами в 1812 г. Основная черта этих конституций, так же как и конституции Соединенных Штатов, заключалась в том, что они являлись результатом учредительных прав нации и что в них был провозглашен принцип народного суверенитета. Во французской конституции это было вполне определенно подчеркнуто тем, что хотя эта конституция была органичным законом для конституционной монархии, она не нуждалась в утверждении короля. Она входила в силу без всякого утверждения и сообщалась королю только к сведению, а не для утверждения. Аналогичное постановление было включено и в те статьи ее, которые предусматривали ее изменение. Таким образом, в этой конституции был выражен принцип, что конституция как организационный устав государства есть результат воли народа и что только народ имеет право устанавливать свою конституцию. Этот принцип еще более был подчеркнут в следующей французской конституции, которая должна была организовать уже республиканскую Францию. В знаменитый день 10 августа 1792 г. была низвергнута монархия, а вместе с тем сама собой пала и конституция 3 сентября 1791 г. Несмотря на свое недолгое время существования, эта конституция все же сыграла свою роль, поскольку она означала первые шаги перехода от монархии к ограниченной монархии, а затем и к республике. 

  1. Декларация  прав человека и гражданина 1789 г.
 

     С первых же дней революции Национальное, а затем Учредительное собрание занялось разработкой конституции  и определением принципов организации  новой государственной власти, в  связи с чем были образованы специальные конституционные комиссии. Важной вехой на пути становления французского конституционализма явилось торжественное провозглашение 26 августа 1789 г. Декларации прав человека и гражданина. В этом документе формулировались важнейшие государственно-правовые требования революционно настроенного третьего сословия, выступавшего в это время еще единым фронтом в конфликте с королем и со всем старым режимом. На содержание декларации, выдержанной в духе естественно-правовой концепции, существенное влияние оказали идеи французских просветителей XVIII в., а также Декларация независимости США. Авторы французской Декларации (Лафайет, Мирабо, Мунье, Дюпор) рассматривали человека как существо, от природы наделенное естественными и неотчуждаемыми правами (“люди рождаются и остаются свободными и равными в правах” – ст. 1). Именно “забвение прав человека”, пренебрежение к ним являются, по мнению авторов Декларации, “причинами общественных бедствий и пороков правительств”. В число естественных прав, перечень которых отличался от того, какой был предусмотрен в Декларации независимости США, включались свобода, собственность, безопасность, сопротивление угнетению (ст. 2). Поставив на первое место в перечне естественных прав человека свободу и собственность, декларация воплотила известную мысль Вольтера: “Свобода и собственность — вот крик природы”. В концепции естественных прав, претендующих на универсальное выражение природы человека, реализовывались не только общедемократические устремления народных масс, но и специфические интересы буржуазии, закреплялись важнейшие отношения формирующегося капиталистического общества. Так, свобода, сформулированная в ст. 4 в духе господствовавших в то время индивидуалистических концепций, переводилась на юридический язык как возможность “делать все, что не приносит вреда другому”. Идея свободы была, несомненно, центральной и самой демократической идеей декларации. Она не сводилась лишь к политической свободе, а означала, в конечном счете, более широкое понимание свободы человека и гражданина как свободы предпринимательства, свободы передвижения, свободы религиозных убеждений и т. д. Собственность также рассматривалась авторами декларации в абстрактно-индивидуалистическом духе и была единственным естественным правом, которое объявлялось в этом документе “неприкосновенным и священным”. Незыблемость частной собственности была гарантирована: “Никто не может быть лишен ее иначе, как в случае установленной законом несомненной общественной необходимости”, причем лишь на условиях “справедливого и предварительного возмещения” (ст. 17). Стремление защитить имущественные интересы граждан нашло свое отражение в статьях 13, 14, в которых запрещались произвольные королевские поборы (в том числе на содержание вооруженных сил) и устанавливались общие принципы налоговой системы (равномерное распределение общих взносов, взимание их лишь с согласия самих граждан или их представителей и т. д.).

     В декларации была осуществлена своеобразная “национализация” государственной  власти, которая не рассматривалась  уже как основанная на “собственном праве короля”, а трактовалась как  выражение национального суверенитета (“источник суверенитета зиждется по существу в нации” — ст. 3). Любая  власть в государстве, в том числе  и королевская, могла проистекать  только из этого источника. Она рассматривалась  как производная от воли нации. Общество имело право требовать отчета от каждого должностного лица по “вверенной ему части управления” (ст. 15). Закон  рассматривался как “выражение общей  воли” (ст. 6), причем подчеркивалось, что  все граждане имеют право участвовать  лично или через своих представителей в его образовании. Здесь же провозглашалось, что всем гражданам “сообразно их способностям” в равной мере открыт доступ ко всем государственным должностям. По существу это означало отказ от феодального принципа закрытости государственного аппарата для представителей третьего сословия и обоснование одинаковой доступности государственных должностей “ввиду их равенства перед законом”. Декларация провозглашала ряд первостепенных для закрепления демократического строя политических прав и свобод граждан (“право высказываться, писать и печатать свободно” — ст. II; “право выражать свои мнения, в том  числе религиозные” — ст. 10).

     Одной из основных идей Декларации 1789 г., не утративших своего прогрессивного значения и сегодня, была идея законности. Выступая против произвола королевской власти, конституционалисты принимали на себя обязательство  построить новый правовой порядок  на “твердой основе закона”. В эпоху  абсолютизма и подавления личности право базировалось на принципе: “Только то дозволено, что разрешается”. Согласно же ст. 5 Декларации, все, “что не воспрещено законом, то дозволено”, и никого нельзя принуждать к действию, не предусмотренному в законе. Депутаты Учредительного собрания ясно представляли себе, что без гарантий неприкосновенности личности не могло быть и речи о безопасности, объявленной одним из естественных прав человека, а тем самым и о свободном пользовании имущественными и политическими правами. Именно поэтому в ст. 8 четко формулировались принципы новой уголовной политики: “Никто не может быть наказан иначе, как в силу закона, надлежаще примененного, изданного и обнародованного до совершения правонарушения”. Эти принципы позднее были выражены в классических формулах: nullum crimen, nulla poena sine lege (нет преступления и наказания без указания на то в законе), “закон не имеет обратной силы”. Обязанность государства обеспечить безопасность своих граждан определяла также и процессуальные формы защиты личности. Никто не мог подвергнуться обвинению или быть арестованным иначе, как в случаях и при соблюдении форм, предписанных законом (ст. 7). В ст. 9 указывалось, что любое лицо предполагается невиновным, пока не установлено обратное.

     Таким образом, действовала презумпция невиновности в противовес средневековым представлениям о виновности подозреваемого. С другой стороны, каждый гражданин, “задержанный в силу закона, должен беспрекословно повиноваться”. Сопротивление властям в таких случаях влекло за собой ответственность.

     Идея  законности получила свое закрепление  и в виде общих принципов организации  государственной власти, и прежде всего в разделении властей. Согласно ст. 16 “общество, в котором не обеспечено пользование правами и не проведено, разделено властей, не имеет конституции”. Декларация 1789 г. имела большое значение не только для Франции, но и для  всего мира, поскольку она закрепляла основы передового для своей эпохи  общественного и государственного строя, определяла устои нового правопорядка. Сами ее создатели полагали, что  составили документ “для всех народов  и на все времена”. При всем своем  ясно выраженном политико-юридическом  содержании декларация не имела нормативно-правовой силы. Она была лишь исходным документом революционной власти, стремившейся установить конституционный строй. Поэтому многие ее положения носили программный характер и не могли  быть немедленно реализованы на практике в условиях Франции конца XVIII в., только вступающей на путь создания гражданского общества и утверждения политической демократии. Опираясь на положения  декларации и используя оказавшуюся  в их руках государственную власть, конституционалисты под влиянием широких  народных масс провели ряд важных антифеодальных и демократических преобразований.

     В условиях развертывающейся крестьянской революции Учредительное собрание еще декретами 4—II августа 1789 г. торжественно заявило, что оно “окончательно  упраздняет феодальный порядок”. Однако безвозмездно уничтожались лишь личные или крепостные повинности крестьян, а также такие второстепенные феодальные институты, как сеньориальное  право охоты и разведения кроликов на крестьянских землях. Основная масса  феодальных повинностей, связанных  с землей (вечные земельные ренты, всякого рода и происхождения, как  натуральные, так и денежные), должна была выкупаться крестьянами. Декретом о феодальных правах (15 марта 1790 г.) собрание расширило круг земель и поземельных  обременений, которые подлежали  выкупу крестьянами.

     Предвидя  вероятную неудовлетворенность  крестьянства и бедноты Франции  слишком умеренным подходом к  решению аграрной проблемы, ставшей в ходе революции ключевой, Учредительное собрание 10 августа 1789 г. приняло специальный Декрет о подавлении беспорядков. Этим декретом местным властям предписывалось “наблюдать за сохранением общественного спокойствия” и “разгонять все мятежные сборища как в городах, так и в селах”. Последовавшими за принятием декларации законодательными актами Учредительное собрание национализировало церковное имущество и земли духовенства (Декрет от 24 декабря 1789 г.), которые были пущены в распродажу и попали в руки крупной городской и сельской буржуазии. Французская католическая церковь, получившая новое гражданское устройство, выводилась из подчинения Ватикану. Священники приносили присягу на верность французскому государству и переходили на его содержание. Церковь потеряла свое традиционное право регистрировать акты гражданского состояния. Учредительное собрание отменило сословные деления и цеховой строй, а также феодальную систему наследования (майорат). Оно упразднило старые феодальные границы и ввело во Франции единообразное административно-территориальное деление (на департаменты, дистрикты, кантоны, коммуны).

     Однако  конституционалисты, настроенные на компромисс с королем Людовиком XVI и дворянством, исповедовавшие политическую умеренность и осмотрительность, не останавливались перед принятием  жестких законодательных мер, направленных против революционно настроенных масс. Так, была продолжена серия декретов против “беспорядка и анархии”, а также против подстрекательства  к неповиновению законам (Декрет от 18 июня 1791 г.). Еще в большей  степени недоверие конституционалистов  к простому народу, особенно к низам  общества, проявилось в Декрете от 22 декабря 1789 г., в котором предусматривалось  вопреки провозглашенной идее равенства  деление французов на активных и  пассивных граждан. Только первым предоставлялось  право голоса, вторые этого права  были лишены. Согласно закону активные граждане должны были удовлетворять  следующим условиям: 1) быть французом, 2) достичь двадцатипятилетнего возраста, 3) проживать в определенном кантоне  не менее 1 года, 4) уплачивать прямой налог  в размере не меньше трехдневной  заработной платы для данной местности, 5) не быть слугой “на жалованье”. Подавляющая  часть французов не удовлетворяла этим квалификационным требованиям и попадала в разряд пассивных граждан. Антидемократические положения были включены и в закон Ле Шапелье 1791 г., формально направленный против феодальных корпораций и цеховых объединений, но практически запрещавший рабочие союзы, собрания и стачки. Нарушители закона подвергались штрафу до 1 тыс. ливров и тюремному заключению. 
 

     2. Конституция 1791 г. 

     Самым главным итогом первого этапа  революции и деятельности Учредительного собрания явилась Конституция, окончательный  текст которой был составлен  на основе многочисленных законодательных  актов, имевших конституционный  характер и принятых в 1789— 1791 гг. Из-за противодействия со стороны короля она была утверждена лишь 3 сентября 1791 г., а через несколько дней король присягнул на верность Конституции. Несмотря на свой противоречивый характер, Конституция представляла собой новый шаг на пути закрепления сложившихся за два года революции политико-правовых порядков. Конституция открывалась Декларацией прав человека и гражданина 1789 г., хотя последняя не рассматривалась в качестве собственно конституционного текста. Такая практика, когда конституцию предваряет Декларация нрав, стала обычной не только для французского, но и мирового конституционализма. Вместе с тем собственно конституционному тексту предшествовало краткое вступление (преамбула). В преамбуле был конкретизирован и получил развитие ряд антифеодальных положений, провозглашенных в Декларации 1789 г. Так, отменялись сословные отличия и дворянские титулы, ликвидировались цехи и ремесленные корпорации, упразднялись система продажи и наследования государственных должностей и иные феодальные установления. В преамбуле нашла свое новое отражение и идея равенства: “Ни для какой части нации, ни для одного индивида не существует более особых преимуществ или изъятий из права, общего для всех французов”. Конституция существенно расширяла по сравнению с Декларацией 1789 г. перечень личных и политических прав и свобод, в частности предусматривала свободу передвижения, свободу собраний, но без оружия и с соблюдением полицейских предписаний, свободу обращения к государственным властям с индивидуальными петициями, свободу вероисповедания и право выбора служителей культа. Не допускалось лишь право на создание союзов лиц одной профессии, запрещенных еще законом Ле Шапелье. В Конституции предусматривались также некоторые социальные права, явившиеся отражением широко распространившихся во Франции в годы революции эгалитарных настроений. Так, декларировались введение общего и частично бесплатного народного образования, создание специального управления “общественного призрения для воспитания покинутых детей, для облегчения участи неимущих убогих и для приискания работы тем здоровым неимущим, которые окажутся безработными”. В Конституции получила дальнейшее развитие и концепция национального суверенитета, который “един, неделим, неотчуждаем и неотъемлем”. Подчеркивая, что нация является единственным источником всех властей, осуществляемых “лишь путем уполномочения”, Конституция на практике реализовывала передовую для той эпохи идею создания системы представительных органов власти. Компромиссный характер Конституции, отразившей тенденцию к политическому союзу новых буржуазных и старых феодальных сил, выразился, прежде всего, в закреплении монархической формы правления. Доктрина разделения властей, провозглашенная еще в Декларации 1789 г. и проводимая в Конституции достаточно последовательно, создавала возможность организационно разграничить участие в осуществлении государственной власти двух политически господствующих групп, выражавших интересы, с одной стороны, большинства французского общества, и, с другой стороны, дворянства, но с фактически сложившимся в ходе революции преобладанием первой. Выборная законодательная и судебная власть находилась в руках представителей победившего третьего сословия, тогда как власть исполнительная, которая по Конституции вверялась королю, рассматривалась дворянскими кругами в качестве своего оплота. Тем самым был окончательно сломлен абсолютизм и создана конституционная монархия. Конституция подчеркивала, что король царствует “лишь в силу закона”, и в связи с этим предусмотрела королевскую присягу “на верность нации и закону”. Более скромным стал и сам королевский титул: “король французов” вместо бывшего “король милостью божьей”. Расходы короля ограничивались цивильным листом, утверждаемым законодательной властью. Вместе с тем Конституция объявляла особу короля “неприкосновенной и священной”, наделяла его значительными полномочиями. Король рассматривался как верховный глава государства и исполнительной власти, на него возлагалось обеспечение общественного порядка и спокойствия. Он являлся также верховным главнокомандующим, назначал на высшие военные, дипломатические и иные государственные должности, поддерживал дипломатические сношения, утверждал объявление войны. Король единолично назначал и увольнял министров, руководил их действиями. В свою очередь королевские указы требовали обязательной контрасигнации (подписи-скрепы) соответствующего министра, что в известной мере освобождало короля от политической ответственности и перекладывало ее на правительство. Король мог не согласиться с постановлением законодательного корпуса, имел право вето. Признанию этого права короля предшествовала острая и длительная борьба в Учредительном собрании. В конечном счете, Конституция закрепила за королем отлагательное, а не абсолютное вето, как этого добивались сторонники сохранения сильной королевской власти. Вето короля преодолевалось лишь в том случае, если два последующих состава законодательного корпуса представят тот же законопроект “в тех же самых выражениях”. Королевское вето не распространялось, однако, на законодательные акты финансового или конституционного характера. Законодательная власть осуществлялась однопалатным Национальным Законодательным собранием, которое избиралось на два года. Оно, как это вытекало из принципа разделения властей, не могло быть распущено королем. В Конституции содержались положения, гарантирующие созыв депутатов и начало работы собрания. Члены Законодательного собрания должны были руководствоваться клятвой “жить свободными или умереть”. Они не могли подвергаться преследованиям за выраженные словесно или письменно мысли или за действия, совершенные при выполнении ими обязанностей представителей. В Конституции содержался перечень полномочий и обязанностей Законодательного собрания, причем особо было выделено его право на установление государственных налогов и обязанность министров отчитываться в расходовании государственных средств. Это делало министров в известной степени зависимыми от законодательной власти. Собрание могло возбуждать дела о привлечении министров к суду за совершение ими преступлений “против общественной безопасности и конституции”. Только Законодательное собрание обладало правом законодательной инициативы, принятия законов, объявления войны. Конституция сформулировала основные принципы организации судебной власти, которая “не может осуществляться ни законодательным корпусом, ни королем”. Было установлено, что правосудие отправляется беспошлинно судьями, избираемыми на определенный срок народом и утверждаемыми в должности королем. Судьи могли быть смещены или отстранены от должности только в случаях совершения преступления и в строго установленном порядке. С другой стороны, и суды не должны были вмешиваться в осуществление законодательной власти, приостанавливать действие законов, вторгаться в круг деятельности органов управления. Конституция предусмотрела введение во Франции неизвестного ранее института присяжных заседателей. Участие присяжных предусматривалось как на стадии обвинения и предания суду, так и на стадии рассмотрения фактического состава деяния и вынесения по этому поводу своего суждения. Обвиняемому гарантировалось право на защитника. Лицо, оправданное законным составом присяжных, не могло быть “вновь привлечено к ответственности или подвергнуто обвинению по поводу того же деяния”. Конституция окончательно закрепила сложившееся в ходе революции новое административное деление Франции на департаменты, дистрикты (округа), кантоны. Местная администрация формировалась на выборной основе. Но королевская власть сохраняла важное право контроля за деятельностью местных органов, а именно право отменять распоряжения департаментской администрации и даже отстранять ее чиновников от должности. В ряде вопросов организации государственной власти Конституция следовала консервативной линии, которая проявилась, как отмечалось выше, уже в первые месяцы работы Учредительного собрания. Политическая умеренность его лидеров нашла свое отражение, в частности, в том, что конституция воспроизвела установленное Декретом от 22 декабря 1789 г. деление граждан на пассивных и активных, признав лишь за последними важнейшее политическое право — участвовать в выборах в Законодательное собрание. Сохранив предусмотренные в этом декрете квалификационные требования, Конституция ввела для активных граждан еще два условия: 1) быть включенными в список национальной гвардии муниципалитета и 2) принести гражданскую присягу. Первичные собрания активных граждан избирали выборщиков для участия в департаментских собраниях, где и проходили выборы представителей в Законодательное собрание. Таким образом, выборы приобретали двухступенчатый характер. Для выборщиков предусматривался еще более высокий ценз — доход или аренда имущества (жилья), равные стоимости 100—400 рабочих дней (в зависимости от местности и численности населения). Право быть избранным в качестве депутаты (пассивное избирательное право) предоставлялось лицам с еще более высоким имущественным доходом. Привилегия богатства отражалась и в распределении депутатских мест. Одна треть Законодательного собрания избиралась в соответствии с размером территории, вторая — пропорционально численности активных граждан, третья — в соответствии с суммой уплачиваемых налогов, т. е. в зависимости от размеров собственности и доходов. Непоследовательный характер конституции проявился и в том, что она, построенная на идее равенства, не распространялась на французские колонии, где продолжало сохраняться рабство. В Конституции 1791 г. указывалось, что “нация обладает неотъемлемым правом изменять свою Конституцию”. Но при этом устанавливался сложный порядок внесения в нее поправок и дополнений. Это делало Конституцию “жесткой”, не способной приспосабливаться к быстро меняющейся революционной обстановке. Таким образом, скорая гибель конституции и основанного на ней конституционного строя была фактически предопределена.  
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Информация о работе Конституция Франции 1791 года