Нужна ли цензура в Интернете?

Франция

     Французский суд потребовал от Yahoo! ограничить доступ к любым нацистским и неонацистским  материалам, доступным через web-интерфейс  для пользователей, находящихся  на территории Франции. Google также фильтрует  свои сервисы в соответствии с  требованиями французского законодательства.

     На  правительственном уровне во Франции  идет внедрение централизованных фильтров, которые закрыли бы доступ школьникам к сайтам расистской, антисемитской  и неофашистской направленности.

Великобритания

     Британские  телекоммуникационные службы блокируют  доступ к списку нелегальных сайтов, прежде всего сайтов с детской  порнографией, которые отслеживаются  службой Internet Watch Foundation.

Германия

     Здесь провайдеры обязаны блокировать  доступ к сайтам, разжигающим ненависть (в первую очередь к сайтам неонацистских  организаций), в том числе базирующимся на зарубежной территории. Большинство  поисковых систем в Германии присоединились к соглашению «Добровольный самоконтроль для мультимедийных сервис-провайдеров». Эти организации фильтруют web-сайты  на основе списка, который генерируется Германским федеральным департаментом  по медиаресурсам, вредным для молодежи.

2.4 Страны с косвенной  фильтрацией

Белоруссия

     В классификации Open Net Initiative Белоруссия относится к странам, где наблюдается  косвенное блокирование. По данным Open Net Initiative, в Белоруссии блокируют  русские гей-ресурсы. Еще менее  доброжелательными оказались аналитики Reporters sans frontiиres, которые отнесли Белоруссию к категории «черные дыры». 
 

Киргизия

     Киргизские ISP не ведут систематической фильтрации интернет-контента. Однако во время  выборов в феврале 2005 года, за которыми наблюдала организация Open Net Initiative, некоторые сайты были блокированы  посредством DDoS-атак и таким образом  фильтровался доступ к определенной части ресурсов.

Россия

     Россию  мы выделили в отдельную категорию, тем более что не ясно, к какой  категории ее относят международные  эксперты. По данным Open Net Initiative, в России не практикуется фильтрация Интернета, хотя отдельные попытки запретить  сайты террористической и экстремистской направленности предпринимались; случаи закрытия web-сайтов крайне редки.

     По  данным той же Open Net Initiative, у России были претензии к Литве по причине  того, что на серверах в этой стране размещаются сайты прочеченской террористической направленности. Впрочем, на наш взгляд, попытки цензуры  если и имели место, то несерьезные, поскольку пресловутые сайты (не будем их упоминать, дабы не рекламировать) легко доступны в Сети. Создается  впечатление, что пока интернет-цензура  в России практически отсутствует. Подобное положение вещей, скорее всего, носит временный характер. Дело в  том, что в плане цензуры в  печати в России все далеко не так  безоблачно. По уровню свободы печати  наша страна занимает 147-е место (для  сравнения: Франция — 35-е, США — 53-е, Китай — 163-е) — см. рис. 3. По всей видимости, просто в отношении прессы механизм цензуры выработать значительно проще (опыт уже накоплен), а для того, чтобы навести порядок в Интернете, требуется время. 

Рис. 3. Степень цензуры в прессе в  разных странах (источник: Reporters sans frontiиres, www.rsf.org)

   Что касается защиты от нежелательного контента школьников, то здесь работа находится  на начальном этапе — разрабатывается отечественная система «Голкипер», фильтрация Интернета в школах производится в тестовом режиме. Подробнее о данной системе рассказывается в статье «“Приличный” Интернет в школе и дома» в данном номере журнала. Решения западных фирм внедряются в основном в школах и лицеях, где учатся дети иностранцев.⁵

3. Национальная  цензура: за и против

   Фильтрация  Интернета на государственном уровне — хорошо это или плохо? Как всегда, высказываются разные мнения. С одной стороны, степень фильтрации и профиль фильтрации могут быть разными, с другой стороны, частично ответ на этот вопрос лежит в идеологической плоскости, поэтому каждый может ответить на него, исходя из своих политических пристрастий. Как известно, «своя цензура — защита общества, чужая — запрет свободы». Мы лишь приведем доводы ряда аналитиков, которые подчас приходят к противоположным выводам.

   Итак, первая позиция наиболее ярко выражена на страницах web-сайта www.rsf.org, где приводится список 15 стран — так называемых врагов Интернета, куда среди прочих входят Китай, Куба, Иран, Сирия, Северная Корея, Вьетнам и Белоруссия. Эта позиция достаточно хорошо известна и формулируется примерно так: «Наиболее сильно фильтруют Интернет в странах с низкой степенью развития демократии, где опасаются доступа своих граждан к независимым СМИ. В этих странах не только обманывают граждан, но и мешают развитию свободных СМИ, ограничивают свободный обмен мнениями, ущемляют права человека и т.п.».

   Сторонники  второй позиции апеллируют к теории информационных войн, рассматривая данный термин в широком (идеологическом) смысле , то есть как комплекс мероприятий по воздействию на массовое сознание людей в условиях информационной открытости. В отличие от тоталитарной пропаганды (когда все строится на «монополии на правду»), методы информационной войны предусматривают наличие различных источников информации, которые навязывают свою точку зрения в разной мере. Интересные выводы делает в своей книге «Информационная война» С.П.Расторгуев. Автор монографии определяет информационные войны как «целенаправленные информационные воздействия информационных систем друг на друга с целью получения материального выигрыша». Каждой нации, государству присущи свойства информационных самообучающихся систем. Одним из средств информационного оружия является мирная пропаганда достоинств своего образа жизни. Навязывание собственных стереотипов поведения окружающим системам неизбежно ослабляет последние и безопасно для самого агрессора, поскольку эта информация не перепрограммирует его собственную информационную систему.

   В случае информационной войны поверженный  противник сам становится ресурсом: превращается в дешевую рабочую  силу, выполняющую самую непрестижную работу.

   На  основании данных тезисов С.П.Расторгуев делает вывод о том, что «объем информации, целенаправленно передаваемый от одной страны к другой, и является мерой информационной агрессивности».

   Для массового перепрограммирования народа, нации наиболее эффективными являются приемы, имеющие эмоциональную окраску  и принадлежащие к таким сферам, как массовые культура, искусство, религия. Анализ показывает, что многие страны мира сейчас создают у себя системы  защиты от информационной агрессии в  виде культурной экспансии. Во Франции, к примеру, «по телевидению разрешается  показывать не более 50% иностранных  фильмов, абсолютное большинство которых, как известно, американские. Наше государство  пока не приняло никаких существенных мер по защите своих граждан».

   Степень информационной самообучающейся системы  перепрограммируемости тем выше, чем она хаотичнее, поэтому молодежь имеет максимальный ресурс для перепрограммирования.

   Информационные  войны — это явление, которое проявляется на разных уровнях. Здесь уместно провести аналогию с заражением клетки вирусом: «Клетка, в которую попадает вирус, является для него внешней средой. Вступая в информационный обмен с элементами клетки, вирус целенаправленно изменяет их взаимодействие и тем самым заставляет их создавать другой такой же вирус. Для клетки такое взаимодействие приводит к нарушению ее внутренних информационных взаимодействий. Если возникающие при этом искажения информации становятся слишком значительными, клетка теряет возможность поддерживать свое существование и разрушается».

   Значимость  информационной войны отмечают аналитики  разных стран. Интересно высказывание бывшего министра обороны США  Дональда Рамсфельда от 17 февраля 2006 года: «В современных войнах самые критические баталии проходят не в горах Афганистана или на улицах Ирака, но в студиях новостей в таких местах, как Нью-Йорк, Лондон, Каир и т.п.».А вот точка зрения израильского журналиста: «В некоторых случаях успех горячей войны определяется поражением противника в информационной войне, как было во Вьетнаме, откуда американцы вынуждены были уйти из-за протестов в самой Америке, а они были результатом информационной войны. Даже победу в горячей войне можно превратить в поражение в последующей информационной. Можно перевернуть вверх ногами всю историю, убедить всех, что черное — это белое. В информационной войне возможно все».

   Говоря  о том, что Интернет — наиболее демократичное средство выражения альтернативных мнений, часто забывают, что голоса бедного и богатого в Интернете имеют разный вес. Скажем, чтобы продвинуть свои идеи, и бедный и богатый могут создать свои сайты и изложить там свои взгляды, но тот, кто вложит в раскрутку сайта 10 тыс. долл., сможет обеспечить аудиторию посетителей на несколько порядков больше, чем тот, кто вложит в раскрутку сайта всего 10 долл. Аналогично различные страны имеют разные возможности по созданию информационного потока на свое окружение. Поэтому страны, которые не в состоянии создать мощного наступательного информационного оружия, вынуждены защищаться (например, в форме фильтрации контента Интернета). При этом очевидно, что защита необходима только в том случае, если страна исповедует собственную независимую идеологию.

   Следует также отметить проблему неравномерного присутствия языков в Интернете. Англоязычный информационный поток  намного мощнее, чем другие. Это  связано также с тем, что подавляющее  большинство программного обеспечения  имеет поддержку на английском языке.

   Любая корпорация стремится, чтобы ее имидж  ассоциировался в сознании потребителей с идеальной компанией, а ее продукт — с идеальным продуктом, — таковы условия для роста продаж. То же самое происходит на уровне стран. Пропаганда определенного образа жизни автоматически генерирует спрос на соответствующем рынке товаров и идей. Любой стране выгодно создать свой идеальный имидж. Как компании, стремясь навязать свою рекламу потенциальным потребителям, подчас пользуются различными методами преодоления барьеров и фильтров, так и страны могут применять различные методы обхода барьеров, например прибегать к технологии Интернета, позволяющей распространять политически окрашенную информацию, минуя межгосударственные границы.

     В самом общем плане данную позицию  можно сформулировать следующим  образом: Интернет стирает международные  границы, что приводит к ослаблению и даже гибели систем, которые, естественно, борются за свое существование.⁶

4. Мнение  россиян на введение интернет - цензуры

   Всероссийский центр изучения общественного мнения (ВЦИОМ) представляет данные о том, как россияне относятся к регулированию свободы информации в интернете.

   Почти половина наших сограждан (49%) уверена, что информацию в интернете нужно  регулировать. Наиболее склонны к  такому мнению те, кто пользуется интернетом эпизодически (72%) и опрошенные с  начальным или неполным средним  образованием (59%). 16% полагают, что в  таких мерах нет необходимости. Чаще такое мнение высказывают те, кто пользуется интернетом ежедневно (35%) или несколько раз в месяц (35%), а также мужчины (21%) и россияне со средним специальным, высшим или  неоконченным высшим образованием (18%). Но и во всех этих группах те, кто  полагает регулирование интернета  необходимым, численно доминируют над  сторонниками тотальной свободы  информации в Сети.

   Главный аргумент в пользу регулирования  информации в интернете – необходимость  контроля и цензуры (9%), обилие в Сети «грязи», «мусора» и т.д. (7%), доступность  интернета детям и его плохое влияние на них (6%). По 4% россиян указывают следующие причины: «в интернете много безнравственного, он развращает», большое количество порнографии, которую нужно запретить, пропаганда насилия, экстремизма и терроризма. Интернет также плохо влияет на молодежь, развращает ее (2%), содержит массу недостоверной и ненужной информации (по 2%).

   Противники  регулирования информации в интернете  чаще говорят, что главная ценность интернета – в возможности  для человека выбирать ту информацию, которая ему нужна (9%). По 1% ссылаются  на свободу слова, на то, что интернет единственное место, где нет цензуры, и на то, что ограничения в интернете  противоречат принципам демократии.

   Чаще  всего россияне отмечают, что в  интернете необходимо запретить  сайты с детской порнографией (89%). Среди пользователей интернета  доля таких респондентов выше – 94%. По 83% респондентов заявляют считают  нужным запрещение сайтов террористических организаций и экстремистского  содержания (среди пользователей  интернета – 87% и 86% соответственно). 75% наших соотечественников полагают, что необходим запрет на сайты  порнографического и эротического содержания, причем среди пользователей  интернета доля таких респондентов ниже – 71%. 64% выступают против рекламы  табака и алкогольной продукции  на интернет-страницах (62% среди пользователей  интернета), 59% - против пиратской аудио  и видео продукции (57% среди пользователей  интернета). Менее критично россияне оценивают спам и рассылки – 48% опрошенных за их запрет, причем среди пользователей  интернета доля таких респондентов составляет 58%, а также сайты оппозиционных  политических сил (против их размещения в интернете выступает 41% россиян  и столько же пользователей глобальной сети).