Культурно – историческое значение принятия православия на Руси

волжских болгар, а в 1006 г.  с  ними  был  заключен  торговый  договор,  по

которому им было позволено торговать по Оке и  Волге.

    Ко времени  княжения Владимира  относятся   первые  столкновения  Руси  с

западными славянскими  государствами. В 981 г. вследствие войны  с  Польшей  к

Руси были присоединены Перемышль, Червен и другие города Червонной  Руси.  Но

завоеванием Червенских городов дело не кончилось:  в  летописи  под  992  г.

упоминается еще  поход Владимира на хорватов, а  по некоторым  спискам  в  это

же  время  Владимир  воевал  с  Мечиславом  (польским  королем)  «за  многие

противности его» и  одержал над ним блистательную  победу за Вислой. При  сыне

Мечислава Болеславе  Храбром  был  заключен  мир,  скрепленный  дополнительно

родственным союзом: дочь Болеслава была выдана замуж  за Святополка.

    Довольно  аморфное  раннефеодальное  государство  -  Киевскую  Русь   -

правительство   Владимира   стремилось   охватить   новой   административной

системой,  построенной,  впрочем,  на  типичном  для  этой   эпохи   слиянии

государственного  начала  с  личным:  на  место  прежних  «светлых  князей»,

стоявших во главе  союза племен, Владимир сажает своих  сыновей:

    Новгород - Ярослав, Полоцк -  Изяслав,  Туров  -  Святополк,  Ростов  -

Борис, Муром - Глеб, Древлянская  земля  -  Святослав,  Волынь  -  Всеволод,

Тмутаракань - Мстислав. От Киева к этим  отдаленным  городам  прокладываются

«дороги прямоезженные», нашедшие  отражение  в  былинах,  связывающих  их  с

именем Ильи Муромца.

    Но, по-прежнему, оставалась нерешенной главная  задача внешней  политики

Руси - оборона от печенежских племен, наступавших  на Русские земли по  всему

лесостепному пограничью.

    Летопись  вкладывает в уста князя Владимира   следующие  слова:  «И  рече

Володимер: «Се не добро, еже мало  город  около  Киева»  -  И  нача  ставити

городы по Десне  и по  Остру, и по Трубежу, и  по Суле, и по  Стугне.  И  нача

нарубати (набирать) муже лучьшее от Словен и от Кривичъ, и  от  Чюди,  и  от

Вятичъ, и от сих  насели грады. Бе бо рать от печенег  и бе воюяся  с  ними  и

одаляя им».

    Эти слова   летописи  содержат  исключительно   интересное  сообщение  об

организации общегосударственной  обороны. Владимир  сумел  сделать  борьбу  с

печенегами делом  всей Руси, почти всех входивших  в ее состав  народов.  Ведь

гарнизоны для южных  крепостей набирались  в  далеком  Новгороде,  в  Эстонии

(Чудь), в Смоленске  и в бассейне Москвы-реки, в  землях куда ни один  печенег

не добирался. Заслуга  Владимира в том и состоит, что он  весь  лесной  север

заставил служить  интересам обороны южной границы, шедшей  по  землям  Полян,

Уличей и Северян. Из самых близких к Киеву городов  были  построены  Василев

на Стугне и Белгород на Днепре. Города Треполь, Тумащ  и  Василев  соединяли

валы. Постройка нескольких оборонительных  рубежей  с  продуманной  системой

крепостей, валов, сигнальных вышек сделала невозможным  внезапное  вторжение

печенегов и помогла  Руси  перейти  в  наступление.  Тысячи  русских  сел  и

городов были избавлены  от ужасов печенежских набегов.

    Князь  Владимир испытывая большую нужду  в крупных военных силах,  охотно

брал в свою дружину  выходцев из народа, прославившихся богатырскими  делами.

Он приглашал и  изгоев, людей,  вышедших  поневоле  из  родовых  общин  и  не

всегда умевших  завести самостоятельное хозяйство;  этим  князь  содействовал

дальнейшему распаду  родовых отношений в деревне. Изгойство переставало  быть

страшной карой - изгой мог найти место в  княжеской дружине. 
 
 

    3. Принятие  православия. 

    Как уже  говорилось выше, вокняжившись в  Киеве, Владимир произвел своего

рода  языческую  реформу,  стремясь,  очевидно,  поднять  древние   народные

верования  до  уровня  государственной  религии.  Но   попытка   превращения

язычества в государственную  религию с  культом  Перуна  во  главе,  судя  по

всему, не удовлетворила  Владимира, хотя киевляне охотно  поддерживали  самые

крайние проявления кровавого культа воинственного  бога.

    По преданию, первым проповедником православия  в наших краях был  Андрей

Первозванный - один из двенадцати апостолов,  брат  апостола  Петра,  первым

призванный  Иисусом  Христом.  Он  проповедовал  христианство  балканским  и

причерноморским народам  и был распят по распоряжению римского магистрата  на

кресте,  имевшем  форму  буквы  «Х»  (Андреевский  крест).  Уже  в  «Повести

временных лет» рассказано, что Андрей Первозванный из Корсуни  дошел в  своей

миссионерской деятельности до мест,  где  в  будущем  предстояло  возникнуть

Киеву и Новгороду  и  благословил  эти  места  (а  заодно  имел  возможность

подивиться русскому обычаю хлестать себя в  бане  вениками).  В  последствии

Киевская Русь (и  Россия в  дальнейшем)  превратила  Андрея  Первозванного  в

покровителя русской  государственности.

    В Киеве  православие известно было уже  давно также как  и  его   основные

догмы очень хорошо приспособленные к нуждам феодального  государства.  Первые

сведения о христианстве у русов относятся к 860-870 гг.,  но  к  середине  Х

века уже ощущается  постепенное  утверждение  православия  в  государственной

системе. Если при  заключении договора с  греками  в  911  г.  русские  послы

клянутся только языческим Перуном, то договор 944 года  скрепляется  двоякой

клятвой как Перуну, так и христианскому богу. Уже  упомянутая  выше  церковь

святого  Ильи  в  летописи  названа  «собороной»,  то  есть   главной,   что

предполагает   наличие   и   других   христианских   храмов.    Христианство

представляло в  то  время  значительную  политическую  и  культурную  силу  в

Европе  и  на  Ближнем  Востоке.  Принадлежность  к   христианской   религии

облегчала торговые связи с Византией, приобщала  к  письменности  и  обширной

литературе. Для Руси наибольшее значение имела христианизация Болгарии  (864

г.) и изобретение  славянской письменности Кириллом и  Мефодием  (середина  IX

в.). К середине Х  в.  в  Болгарии  создалась  уже  значительная  религиозная

литература, что облегчало  проникновение православия  на  Русь.  Князь  Игорь

был язычником: он и  клятву давал не в Ильинской церкви, а « приде  на  хълм,

къде стояше Перун  и покладоша оружие свое и щиты и злато»;  и  похоронен  он

был Ольгой по языческому обряду под огромным курганом.  Но  среди  боярства,

его послов к императорам  Византии была уже какая-то часть  христиан.

    Вдова  Игоря, княгиня Ольга в 955  году  приняла  православие,  совершив

путешествие в  Царьград.  Возможно,  она  предполагала  сделать  православие

государственной религией, но здесь сразу  резко  обозначилось  противоречие,

порожденное византийской церковно-политической  концепцией:  цесарь  империи

был в глазах православных греков наместником бога и главой как  государства,

так и церкви. Из этого  делался очень выгодный для  Византии  вывод  -  любой

народ,  принявший  православие  из  рук   греков,   становился   политически

зависимым народом  или государством. Киевская Русь,  спокойно  смотревшая  на

христианские верования, предпочитала такие  равноправные  взаимоотношения  с

Византией, которые  определялись  бы  взаимовыгодой,  равновесием  сил  и  не

налагали  бы  на  Русь  никаких  дополнительных  обязательств,  связанных  с

неубедительной  для  нее  божественностью  императора.  Во   всяком   случае

Константин Багрянородный -  восприемник  Ольги  при  крещении  -  «нарек  ее

дщерью», то есть подчиненной  ему, а не равноправной «сестрой».

    До официально  принятия православия Киевской  Русью оставалось еще  более

пятидесяти лет.

    Цепь событий,  непосредственно предшествовавших  принятию православия  на

Руси  и  сопровождавших  его,  остается  для  нас  невыясненной.  Летописные

легенды, записанные значительно  позднее  ,  рассказывают  нам  о  том,  что

князем  Владимиром  был  произведен  сравнительный   анализ   предлагавшихся

вариантов. «Первые  послы были от волжских Болгар.  Описание  Магометова  рая

и цветущих Гурий  пленило  воображение  сластолюбивого  князя;  но  обрезание

казалось  ему  ненавистным  обрядом   и   запрещение   пить   вино   уставом

безрассудным. Вино, сказал он, есть веселие для русских, не можем  быть  без

него.  -  Послы  немецких  католиков   говорили  ему  о  величии  невидимого

Вседержителя  и  ничтожности идолов. Князь ответил  им:  идите  обратно,  отцы

наши не принимали  веры  от  Папы.  Выслушав  иудеев,  он  спросил,  где  их

отечество? «В Иерусалиме, ответствовали проповедники: но бог  во гневе  своем

расточил нас по землям чужим». И  вы,  наказываемые  богом,  дерзаете  учить

других?  сказал  Владимир:  мы  не  хотим,  подобно  вам,  лишиться   своего

отечества.- Наконец  безымянный греческий  Философ,  опровергнув  в  немногих

словах другие  веры,  рассказал  Владимиру  все  содержание  библии...  и  в

заключение показал  ему картину Страшного  Суда,  с  изображением  праведных,

идущих в рай, и  грешных, осужденных  на  вечную  муку.  Пораженный  Владимир

вздохнул  и  сказал:  «благо  добродетельным   и   горе   злым!»   Крестись,

ответствовал Философ - и будешь в раю с первыми».

    После  сбора дополнительных сведений  и совета с  боярами  Великий   Князь

решился  принять  православие.  Но  при  тогдашних   богословско-юридических

воззрениях византийцев (как указывалось выше) принятие крещения  из  их  рук

означало  переход  новообращенного  народа  в  вассальную   зависимость   от

Византии.

    Владимир   вторгся   в   византийские   владения    в    Крыму,    взял

Корсунь(Херсонес) и  отсюда уже диктовал свои условия  императорам (Василию  и

Константину). Он  хотел  породниться  с  императорским  домом,  жениться  на

царевне Анне и  принять  православие.  Ни  о  каком  вассалитете  при  таких

условиях не могло  быть и речи. В 988  г.  Владимир  крестился  сам,  крестил

своих детей, бояр и  под страхом  наказания  заставил  креститься  киевлян  и

всех русских вообще. В Новгороде тот же Добрыня, который  учреждал там  культ

Перуна, теперь крестил  новгородцев  :  «Путята  крестил  мечем,  а  Добрыня