Теория культурно-исторических типов Н. Я. Данилевского. "Россия и Европа"

   Каким же критериям должна соответствовать  система классификации научного знания для того, чтобы соответствовать  требованиям естественной системы  классификации?

   Н.Я.Данилевский, основываясь на требованиях “здравой логики”, выдвигает три таких критерия: 1) принцип деления, положенный в основу классификации, “должен обнимать собою всю сферу делимого, входя в нее как наисущественнейший признак”, 2) явления внутри одной группы должны иметь между собой больше сходства, чем с явлениями другой группы, 3) требование однородности групп — “степень сходства, соединяющая их членов, должна быть одинаковой в одноименных группах”.

   Автор “России и Европы” указывает, что все исторические племена, в  какой бы стране они ни жили, — в Риме, Греции, Индии или Египте, имели свою древнюю, свою среднюю и свою новую историю, то есть как все органическое имели свои фазисы развития, хотя, конечно, нет никакой надобности, чтоб их насчитывалось непременно три, ни более, ни менее. В жизни исторических племен, подобно тому как и в жизни человека, можно насчитывать различное количество периодов или фаз существования, в зависимости от характера их развития, а также точки зрения историка.

   Соответственно  формы исторической жизни разнообразятся по культурно-историческим типам и являются органическими образованиями, которым присущи фазы органического развития.

   Таким образом, вводится центральное понятие теории культурно-исторических типов — понятие культурно-исторического типа как типа развития и органического образования.

     Кроме того, выделение культурно-исторических типов с определенными фазами или “возрастами” развития открывает, по мнению создателя теории культурно-исторических типов, возможность прогнозирования  будущих стадий развития данных типов. В рамках теории культурно-исторических типов эта прогностическая возможность реализуется в отношении двух типов — романо-германского и славянского. Но если разделение исторических явлений по культурно-историческим типам соответствует требованиям естественной системы в истории, то должны существовать законы культурно-исторического движения.

     Согласно  Н.Я.Данилевскому, эти законы следующие:

     Закон 1. Всякое племя или семейство народов, характеризуемое отдельным языком или группою языков, довольно близких между собою для того, чтобы сродство их ощущалось непосредственно, без глубоких филологических изысканий, — составляет самобытный культурно-исторический тип, если оно вообще по своим духовным задаткам способно к историческому развитию и вышло уже из младенчества.

     Закон 2. Дабы цивилизация, свойственная самобытному культурно-историческому типу, могла зародиться и развиваться, необходимо, чтобы народы, к нему принадлежащие, пользовались политическою независимостью.

     Закон 3. Начала цивилизации одного культурно-исторического типа не передаются народам другого типа. Каждый тип вырабатывает ее для себя при большем или меньшем влиянии чуждых, ему предшествовавших или современных цивилизаций. Цивилизация не передается от одного культурно-исторического типа другому.

     Закон 4. Цивилизация, свойственная каждому культурно-историческому типу, тогда только достигает полноты, разнообразия и богатства, когда разнообразны этнографические элементы, его составляющие, - когда они, не будучи поглощены одним политическим целым, пользуясь независимостью, составляют федерацию или политическую систему государств.

     Закон 5. Ход развития культурно-исторических типов всего ближе уподобляется тем многолетним одноплодным растениям, у которых период роста бывает неопределенно продолжителен, но период цветения и плодоношения — относительно короток и истощает раз и навсегда их жизненную силу.

     Первые  два закона очевидны. Рассмотрим подробнее  третий закон.

     Как показывает история, цивилизация не передается от одного культурно-исторического типа другому. Но это не значит, что они не воздействуют друг на друга. Но это воздействие – не передача. Рассмотрим подробнее способы распространения цивилизации. Используя агробиологические аналогии, Данилевский рассматривает три возможных варианта взаимодействия культур.

     Простейший  способ – «прополка». Прополка – колонизация страны, в ходе которой в ней насаждается чужая цивилизация за счет вытеснения и уничтожения существовавшей ранее культуры. Так финикияне передали свою цивилизацию Карфагену, греки – Южной Италии и Сицилии, англичане – Северной Америке и Австралии. Если бы существовала общечеловеческая цивилизация, то в ее интересах было бы повсеместно употребить этот способ. То есть других народов, не принадлежащих к этой цивилизации, просто не должно существовать. Точно так же, как в интересах земледелия не должно существовать сорняков.

     Другая  форма распространения цивилизации, которую часто рассматривают  как передачу цивилизации, - «прививка». «Прививка» - пересадка в культуру народа элементов чужой цивилизации, которые должны далее развиваться на теле его культуры и приносить свои плоды (подобно почке, привитой к дичку). Но почка, вставленная в разрез дерева, или черенок, прикрепленный к свежему срезу ствола, нисколько не меняют характер растения. Так Петр I «привил» к русскому «дичку» элементы европейской культуры, Цезарь привил римскую культуры кельтам. Надо быть убежденным в негодности самого дерева, чтобы решиться на подобную операцию. Прививка не приносит пользы тому, к чему она прививается, ни в физиологическом, ни в культурно-историческом смысле.

     Еще один способ воздействия одной цивилизации  на другую - это «почвенное удобрение» - воздействие, при котором развивающаяся цивилизация усваивает результаты другой более зрелой цивилизации, принимая и прикладывая к себе из нее то, что «стоит вне сферы народности, то есть выводы и методы положительной науки, технические приемы и усовершенствования искусств и промышленности»; при этом она сохраняет свою самобытность. Т.е. все то, что относится к познанию человека и общества и, в особенности, к практическому применению этого познания ни в коем случае не может быть заимствовано. Это можно лишь принять к сведению. Так Древняя Греция восприняла влияние египетской и финикийской культуры, а германо-романская Европа усвоила плоды греко-римской цивилизации. Это наилучший способ вхождения элементов одной культуры в другую, обеспечивающий преемственность в развитии культурно-исторических типов.

     Согласно  четвертому закону, культурно-исторического движения цивилизация данного типа достигает разнообразия и богатства тогда, когда составляющие ее этнографические элементы разнообразны, но составляют или федерацию, или политическую систему государств. Но тогда возникает вопрос: где проходит граница между требованием национальной самобытности, необходимым для свободного выражения жизненных проявлений культурно-исторического типа, и требованием национального единства, обеспечивающим политическую независимость? «Черта эта, кажется мне, проведена весьма ясно самой природой» - говорит Н.Я. Данилевский. Народ, говорящий на языке с близкими наречиями, дающими возможность свободно понимать друг друга при общении, должен составлять политическое целое. Несмотря на различие в наречиях (великорусское, малорусское, белорусское) русский народ составляет единое государство. То же самое можно сказать и о немецком народе. Напротив, народы, говорящие на отдельных языках, принадлежащих к одному лингвистическому семейству, соответствующему культурно-историческому типу, должны предпочесть менее тесную связь (федерацию или политическую систему государств, основанную на межгосударственных договорах). Такая более или менее тесная связь должна осуществляться только между членами одного культурно-исторического типа, так как она подразумевает подчинение частных интересов интересам высшей группы - всего типа. Тогда можно сказать, что сам культурно-исторический тип – понятие, подчиненное в отношении к человечеству. Но человечество не представляет собой некого определенного понятия, сознательно идущего к какой-нибудь определенной цели.

     Что же такое интерес человечества? «Кем сознаваем он, кроме одного Бога, которому, следовательно, только и принадлежит  ведение его дел?». Разрушение Рима было в интересах человечества, но не один римлянин или германец не мог этого знать. Но каждый из них понимал, чего требовал интерес племени, к которому он принадлежал. Отсюда Данилевский заключает, что если культурно-исторический тип и не является абсолютно высшей группой, то он является высшей группой из всех тех, интересы которых человек может понимать сознательно. То есть культурно-исторический тип – последний предел, до которого простирается подчинение частных интересов высшим.

     Пятый закон культурно-исторического движения: период цивилизации каждого типа короток. Рассмотрим подробнее жизненный  цикл культурно-исторических типов.

     Культурно-исторические типы Данилевский уподобляет живым  организмам. Их жизненный цикл протекает  как у многолетних одноплодных растений, у которых время роста длится долго, а период цветения и плодоношения краток и навсегда истощает их жизненные силы. На первом, подготовительном этапе этого цикла, измеряемом тысячелетиями, происходит смешение племен в единый народ, формирование его языка и других особенностей, составляющих его самобытность, оригинальность, накапливаются силы для последующей деятельности, закладываются особенности в психологии народов, составляющих культурно-исторический тип. На втором этапе (400-600 лет) складывается государство. Оно охраняет от чужого вторжения не только землю, но и «душу народа», обеспечивает его политическое и культурное единство, создает условия для развития его творческой силы. Затем наступает третий, цивилизационный период — период расцвета творческой, созидательной деятельности народа. Накопленный ранее потенциал реализуется в мощном культурном взлете, воплощаясь в произведениях искусства, науки, философии, в развитии гражданских и политических учреждений, техники и экономики. Израсходовав свой потенциал, культурно-исторический тип вступает в последний период своего существования. Народы или успокаиваются на достигнутом, дряхлеют в апатии самодовольства (Китай), или достигают неразрешимых противоречий, приходят к выводу, что их идеал был ошибочен, и впадают в апатию отчаяния (Рим во время распространения христианства).

     Данилевский не отвергает идею исторического  прогресса. Более того, по его мнению, прогресс человечества может идти только благодаря тому, что каждый культурно-исторический тип доводит его в каком-то направлении до предела, после чего необходимо, чтобы он начинался с новой исходной точки и шел по другому направлению.

     Прогресс  состоит не в том, чтобы всё  идти в одном направлении, а в  том чтобы все поле, составляющее поприще исторической деятельности человечества, исходить в разных направлениях .

     Если  бы во всем мире установилось господство какого-то одного культурно-исторического  типа, то с завершением его жизненного цикла прогресс остановился бы, и  человечество было бы обречено на вырождение.

     Как уже говорилось, жизнь культурно-исторических типов разделяется на длинный  образовательный период, период строительства  государства и период создания цивилизации. Переходы между этими состояниями  обуславливаются толчком или рядом толчков внешних событий. Столкновение германских народов с Римом выводит их из этнографического состояния. Государственность Индии началась с борьбы вторгнувшихся арийцев с аборигенами. А период цивилизации Индии начался, вероятно, с буддийского движения (VI-V вв. до н.э.). Общая черта государственного периода развития культурно-исторических типов – потеря большей или меньшей части племенной независимости, общая черта цивилизационного периода – стремление освобождения от этой зависимости и замена утраченной древней воли правильной свободой.

     Таким образом, развитие человечества шло  посредством самобытных культурно-исторических типов, соответствующих великим племенам.

     Важнейшее место в теоретических построениях  Данилевского занимает проблема будущего России. Прежде всего Данилевский утверждает, что Россия не входит в мир романо-германской цивилизации. У России своя история и своя культура. Она является представителем иного мира — мира славянского. Славянство есть термин одного Порядка с эллинизмом или европеизмом, но в отличие от них оно еще не достигло зрелости. Однако славянский культурно-исторический тип уже прошел тысячелетнюю подготовительную стадию. В нем образовался сильный государственный центр — великое Русское царство. В отличие от дряхлеющей Европы, славянство только еще входит в период расцвета своих творческих сил. Оно может и должно создать могучую и самобытную цивилизацию, став преемником уходящей с исторической сцены европейской цивилизации.

     Мысль Данилевского одухотворена идеей патриотизма, являющейся источником и движущей силой его труда. Но ради ее обоснования он подчас приукрашивает прошлое и настоящее русского на рода, чтобы подкрепить свою веру в его великое будущее. Славянский культурно-исторический тип выступает у него как высший тип цивилизации по сравнению со всеми до сих пор существовавшими в истории человечества, соединяющий в себе все лучшее, что было в них, а историческая миссия России начинает выглядеть похожей на то, что говорят европоцентристы о Европе.

     Хотя  концепция Данилевского является ныне пройденным этапом общественно-исторической мысли, ее основная идея — идея полилинейности истории человечества, расщепления ее на множество «историй» возникновения и гибели самостоятельных культурных ми ров — стала одной из центральных в культурологии XX века. В наиболее развернутой форме она нашла воплощение в трудах Шпенглер и Тойнби.

     Отдельный самобытный культурно-исторический тип  составляют и славяне. Следовательно, если они откажутся от самостоятельного развития, то должны отказаться от всякого исторического значения и стать этнографическим материалом для чужих целей (в частности – для целей Европы). Но Запад, Европа находятся сейчас в апогее своего цивилизованного величия, а это не очень удобно для начала новой культуры. Кажется, что новая культура и не нужна.

     Но  уже не раз во времена блеска старой культуры зарождалась новая. Видимо, когда начинает жить новый культурно-исторический тип, старый должен угасать. Ни это ли является причиной вражды старого к  новому?