Внешняя политика России начала XX века

   Большевик Константин Еремеев писал: "Перемирие  на фронте сделало тягу солдат домой, в деревню, неудержимой. Если уже  после Февральской революции  уход с фронта был обычным явлением, то теперь 12 млн. солдат, цвет крестьянства, почувствовали себя лишними в частях армии и чрезвычайно нужными там, дома, где "делят землю". Утечка происходила стихийно, принимая самые разнообразные формы: многие просто самовольно отлучались, покидая свои части, в большинстве захватив винтовки и патроны. Не меньшее число пользовалось всяким легальным способом - в отпуска, в самые различные командировки... Сроки не имели значения, так как всякий понимал, что важно только выбраться из военной неволи, а там уж вряд ли потребуют назад". Русские окопы стремительно пустели.

     На некоторых участках фронта  к январю 1918г. в окопах не  осталось ни одного солдата,  только кое-где попадались отдельные  военные посты. Отправляясь домой  солдаты забирали своё оружие, а иногда даже продавали его неприятелю.

     9 декабря 1917г. в Брест-Литовске, где размещалась ставка германского  командования, начались переговоры  о мире. Советская делегация пыталась  отстоять идею "мира без аннексий  и контрибуций". 28 января 1918г. Германия  предъявила России ультиматум. Она потребовала подписать договор, по которому Россия теряла Польшу, Белоруссию и часть Прибалтики-всего 150 тысяч квадратных километров.

     Это поставило советскую делегацию  перед суровой необходимостью  между провозглашёнными принципами  и  требованиями жизни. В соответствии с принципами следовало вести войну, а не заключать позорный мир с Германией. Но сил на то, чтобы воевать, не было. Глава советской делегации Лев Троцкий, как и другие большевики, мучительно пытался разрешить это противоречие. Наконец ему показалось, что он нашёл блестящий выход из положения. 28 января он произнёс на переговорах свою знаменитую речь о мире. Вкратце она сводилась к известной формуле: "Мира не подписывать, войны не вести, а армию распустить".

   Лев Троцкий заявил: "Мы выводим нашу армию и наш народ из войны. Наш солдат-пахарь должен вернуться к своей пашне, чтобы уже нынешней весной мирно обрабатывать землю, которую революция из рук помещиков передала в руки крестьянина. Мы выходим из войны. Мы отказываемся санкционировать те условия, которые германский и австро-венгерский империализм пишет мечом на теле живых народов. Мы не можем поставить подписи русской революции под условиями, которые несут с собой  гнёт, горе и несчастья миллионам человеческих существ. Правительства Германии и Австро-Венгрии хотят владеть землями и народами по праву военного захвата. Пусть они своё дело творят открыто. Мы не можем освящать насилия. Мы выходим из войны, но мы вынуждены отказаться от подписания мирного договора."

   После этого он огласил официальное заявление советской делегации: "Отказываясь от подписания аннексионистского договора, Россия со своей стороны объявляет состояние войны прекращённым. Российским войскам одновременно отдаётся приказ о полной демобилизации по всему фронту".

     Германские и австрийские дипломаты вначале были действительно потрясены этим невероятным заявлением. В помещении на несколько минут воцарилась полная тишина. Затем немецкий генерал М. Гофман воскликнул: "Неслыханно! ". Глава германской делегации Р. Кюльман тотчас сделал вывод: "Следовательно, состояние войны продолжается". "Пустые угрозы!" -- произнёс Л. Троцкий, покидая зал заседаний.

     Однако вопреки ожиданиям советского  руководства 18 февраля австро-венгерские  войска начали наступление по  всему фронту. Им практически никто не противостоял: продвижению армий мешали только плохие дороги. Вечером 23 февраля они заняли Псков, 3 марта -- Нарву. Этот город покинул без боя красногвардейский отряд матроса Павла Дыбенко. Генерал Михаил Бонч-Бруевич писал о нём: "Отряд Дыбенко не внушал  мне доверия; достаточно было глянуть на эту матросскую вольницу с нашитыми на широченные клёши перламутровыми пуговичками, с разухабистыми манерами, чтобы понять, что они драться с регулярными немецкими частями не смогут. Мои опасения оправдались..."

   25 февраля Владимир Ленин с горечью  писал в газете "Правда": "Мучительно-позорные  сообщения об отказе полков  сохранять позиции, об отказе  защищать даже нарвскую линию,  о неисполнении приказа уничтожать  всё и вся при отступлении;  не говорим уже о бегстве, хаосе, безрукости, беспомощности, разгильдяйстве".

     19 февраля советское руководство  согласилось принять немецкие  условия мира. Но теперь Германия  выдвинула уже гораздо более  тяжёлые условия, потребовав впятеро  большую территорию. На этих землях проживало около 50 млн. человек; здесь добывалось свыше 70% железной руды и около 90% угля в стране. Кроме того, Россия должна была выплатить огромную контрибуцию.

     Советская Россия была вынуждена  принять и эти тяжелейшие условия.  Глава новой советской делегации Григорий Сокольников огласил её заявление: "При создавшихся условиях Россия не имеет возможности выбора. Фактом демобилизации своих войск русская революция как бы передала свою судьбу в руки германского народа. Мы ни на минуту не сомневаемся, что это торжество империализма и милитаризма над международной пролетарской революцией окажется лишь временным и приходящим". После этих слов генерал Гофман воскликнул с негодованием: "Опять те же бредни!". "Мы готовы, -- заключил Г. Сокольников, -- немедленно подписать мирный договор, отказываясь от всякого его обсуждения как совершенно бесполезного при создавшихся условиях".

     3 марта Брестский мирный договор  был подписан. Россия утратила  Польшу, Прибалтику, Украину, часть  Белоруссии... Кроме того, по договору Россия передавала Германии более 90 тонн золота. Брестский договор действовал недолго в ноябре, после революции в Германии, Советская Россия аннулировала его.

   Вскоре  после заключения мира, 11 марта, В. И. Ленин написал статью. Эпиграфом  к ней послужили строки Н. Некрасова:

   Ты  и убогая,

   Ты  и обильная,

   Ты  и могучая,

   Ты  и бессильная,

   Матушка-Русь!

   Глава совнаркома писал: "Не надо самообманов. Надо измерить целиком, до дна, всю ту пропасть поражения, расчленения, порабощения, унижения, в которую нас теперь толкнули. Чем яснее мы поймем это, тем более твёрдой, закалённой, стальной сделается наша воля... наша непреклонная решимость добиться, во что бы то ни стало, чтобы Русь перестала быть убогой и бессильной, чтобы она стала в полном смысле слова могучей и обильной".

     В тот же день, опасаясь, что  немцы, несмотря на заключённый  мир, займут Петроград, советское  правительство переехало в Москву. Так более чем через два  столетия Москва вновь стала  столицей российского государства. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

   Заключение. 

     Первая мировая война одна  из самых длительных, кровопролитных  и значительных по последствиям  в истории человечества. Она продолжалась  более четырех лет. В ней  участвовали 33 страны из 59, обладавших  в то время государственным  суверенитеом. Население воюющих стран составило свыше 1,5 млрд. человек, то есть около 87% всех жителей Земли. Под ружьё было поставлено в общей сложности 73,5 млн. человек. Более 10 млн. было убито и 20 млн. ранено. Жертвы среди мирного населения, пострадавшего от эпидемий, голода, холода и др. бедствий военного времени также исчислялись десятками миллионов.

     Недостатки и просчёты мирного  урегулирования после Первой  мировой во многом подготовили  почву для Второй мировой войны.  Трагедия, которая постигла человечество  в середине XX в., бросила тень забвения на Первую мировую войну. Между тем она оставила глубокий след в современной истории. С течением времени это становится всё более очевидно. Первая мировая война изменила привычки и нравы людей, сделала их более терпимыми к государственным формам насилия и посеяла зёрна будущих международных конфликтов, которые проросли кровавыми столкновениями уже в наше время, например в Югославии в начале 90-х гг. Потребности военного времени заставили правительства воюющих стран прибегнуть государственному регулированию промышленного и сельскохозяйственного производства, нормированию цен и потребления, распределению трудовых ресурсов и товаров, дозированию общественно значимой информации. Всё это не только расширило функции государства, но фактически поставило его над обществом. Здесь несомненно кроется источник усиления тоталитарных тенденций в жизни стран и народов в середине XX в. Из опыта Первой мировой войны во многом исходили теоретики и практики не только фашистской командной экономики в Германии и Италии, но и "социалистического планового хозяйства" в СССР. Прямо или косвенно он повлиял и на опыт государственного регулирования в демократических странах, например на разработку "нового курса" в США. Лишь в результате либеральных реформ и преобразований, охвативших мир в последней трети нашего столетия, человечество постепенно расстается с этим наследием.

Библиография

1. Российская  дипломатия в портретах/ Под редакцией А.В.Игнатьева, И.С.Рыбаченка, Г.А.Санина – М. 1992г.
2. История Отечества: люди, решения. Очерки истории России. Мироненко С.В. Политиздат. М. 1991г.
3. Александр Рявкин. Первая мировая война. М. 1993г.
4. Александр Майсурян. Россия в Первой мировой войне. М. 1995г.